Книга Цена невинности, страница 57 – Любовь Черникова

— Лучше поделитесь, как это было у вас. Вот у меня…

Она действительно начинает в деталях рассказывать о том, как проходило у нее исполнение контракта на невинность.

Она это серьезно?

Опешив, я вместе с остальными слушаю этот слишком интимный для посторонних ушей бред, ожидая, что вот-вот ее кто-нибудь попросит заткнуться. Но вместо этого парни улыбаются, а девушки, прошедшие через первый контракт, наперебой вставляют комментарии, делясь собственным опытом.

— Довольно! Этот вечер откровений мне ни к чему, пора и честь знать, – я поднимаюсь, намереваясь уйти.

— Кастильеро, а как это было у тебя? – неожиданно обращается ко мне с вопросом Шейла ар Аззор, которая единственная не спешит ничего рассказывать о собственном опыте.

Тишина падает словно молот космической кузни. И снова внимание присутствующих приковано ко мне, ребята пялятся с неподдельным любопытством, и есть в их взглядах нечто такое, что вызывает невольную оторопь.

Они действительно ждут, что я вот так при всех рассказажу, каков был мой первый раз? Серьезно?!

С трудом подавив возмущение, непринужденно жму плечами:

— Это было… неплохо, – улыбаюсь и снисходительно добавляю, с видом искушенной в постельных утехах стервы: – Для первого раза, конечно.

Парни одобрительно гудят, девчонки понимающе хихикают, но я вижу, что и те и другие совершенно не удовлетворены моим ответом.

— И это все? А подробности? – не унимается Шейла.

Она буквально сверлит меня взглядом.

— А кто был твоим первым, Арелия? Мы его знаем? – едва ли не хлопает в ладоши Ханна.

— Наверное, кто-то очень состоятельный. Представляю, сколько стоил твой контракт, – похоже, Тодда больше интересует материальная сторона моей дефлорации.

— Эффект Элейны при этом возник? – Айрон Мэд смотрит в упор будто не рассказа от меня ждет, а надеется попасть под пресловутый эффект задним числом уже от одних лишь сказанных мной слов.

Перевожу взгляд с одного на другого. На лицах ребят читаются жадное любопытство и откровенное намерение устроить мне допрос и вытянуть все, что можно, и что нельзя. Уже собираюсь их послать в своей манере, но за меня вдруг вступается Дерек.

— Народ, вы уверены, что хотите вызнать все тайны семьи Кастильеро? Имейте ввиду, после Арелии придется вас убить, – он многозначительно подмигивает мне так, чтобы остальные это заметили.

Понятное дело, Вилуоски шутит, но с упоминанием моей фамилии выходит очень удачно. Желание задавать вопросы мгновенно покидает ребят, а Дерек ободряюще обнимает меня за плечи. Этот жест поддержки удивительным образом меня успокаивает. Проникаюсь к нему благодарностью за то, что в объятиях Нолы он все же не забыл обо мне окончательно.

Вдруг Дерек убирает руку. Слишком поспешно, чтобы это было естественно.

Что такое? Неужели Нола ревнует?

Временная потеря контроля над ситуацией меня выжигает изнутри, а желание съязвить становится нестерпимым. Это всегда помогает мне собраться и обрести почву под ногами, но, перехватив взгляд друга, глотаю готовую сорваться с языка колкость.

Что происходит? Он словно смерть увидел.

Нет, он увидел Звезду Смерти, догадываюсь я об истинных причинах бледного вида Вилуоски. Взглядом ищу в толпе Аделхарда, но так и не нахожу. Но и уходить раздумываю. Пожалуй, побуду здесь еще немного.