Книга Весна в доме дракона, страница 17 – Любовь Черникова

— Еще нет, но…

— Тогда «Две короны» – ваш выбор. Все уважающие себя высокие лорды останавливаются именно там. Если, конечно… – она вдруг замолчала.

А я пристально уставился на нее. Если сейчас тоже скажет о моей «проблеме», это будет значить, что император меня сдал. Но или Жаннерин не знала, или оказалась мудрее, чем я о ней думал. Или просто хитрее.

— Если, конечно, у вас нет иного варианта на примете. – Закончила она явно иначе, чем собиралась, при этом соблазнительно взмахнула ресницами.

Признаться, мне было все равно, где ночевать. Главное, чистая постель и тихие соседи. Но следовало держать марку. Я слишком хорошо представлял жизнь в столице, охочих до сплетен репортеров. Выбери я что-то другое, и все. Начнут писать всякую ерунду вроде: «У владыки севера дела плохи», или «Кальтер Винд – банкрот! Хана всему северу» и все в таком стиле.

— Пожалуй, я воспользуюсь вашим советом, – согласился я с Жаннерин, рассматривая внушительный счет, который принес официант.

— Тогда я провожу и проверю, чтобы вам выделили лучшие апартаменты. Те, что держат свободными для моего дяди, хоть он там никогда не бывает.

Жаннерин весело рассмеялась, фамильярно опершись мне на плечо. В этот миг я и заметил магические вспышки за окном и понял, что завтра мы с леди Эпизудейт появимся вместе на страницах местной прессы.

Скрипя зубами, позволил Жаннерин проводить меня в гостиницу. От ее болтовни в экипаже у меня разболелась голова, и хотелось побыстрее остаться одному, что оказалось не так-то просто. Поведение леди Эпизудейт говорило о том, что они с дядюшкой заодно, а я ощущал себя полным хамлом, причем без особого эффекта. Ни один мой выпад не достигал цели. Жаннерин просто переводила все в шутку, словно наперед знала, что я нарочно.

Потрясающая девушка в каком-то смысле! Но не для меня.

Распрощавшись с ней, я злился и нервничал, и это действительно могло привести к неконтролируемому обороту во сне. Да, я до этого момента считал, что давно справился с этой бедой, но столица плохо на меня подействовала. И я был близок к рецидиву, отчего злился еще больше. Оборот во сне сопровождался высвобождением магии, и в такие моменты рядом со мной лучше никому не находиться. Вот только что-то подсказывало, что разнесенный императорский номер и несколько десятков окоченевших трупов не остановят императора в своем решении.

К счастью, был старый добрый способ, как всего этого избежать, который я использовал его, чтобы сберечь своих друзей, что самоотверженно оставались ночевать в моем доме несмотря ни на что.

Отправился в ванную и, призвав свой багаж, достал мешочек, где хранились особые камни, добытые из недр моей родной земли. Один за другим они отправились в воду: мелларий, который поглотит излишки магии. Гремучий хрусталь – стоило ему скрыться под поверхностью, как та забурлила пузырьками. И последним в воду канул лавандовый аметист, обладающий успокаивающими свойствами.

Раздевшись, я с удовольствием погрузился в горячую воду и прикрыл глаза. Тишина, темнота. Горели лишь несколько свечей на подносе у зеркала. Одиночество… Хорошо…

Стоило расслабиться, как я внезапно вспомнил девушку-весну. Ее тихое «С-спасибо…» прозвучало шелестом ветерка, и тело мгновенно среагировало самым естественным образом.