Книга Приручить темноту, страница 31 – Любовь Черникова

Он высунулся, исполняя собственную команду, прицельно выдал две короткие очереди, после чего снова спрятался в укрытии.

— Минус один!

Ещё одна механа опустела и отправилась в сброс – удобный мешочек, болтающийся сзади на поясе как раз для этих самых целей. Вальтер уже вставил новую и вопросительно рявкнул через плечо:

— Ганс?

— Короб заело, сссука! – сквозь зубы выругался тот, что-то яростно дергая.

Отсоединив вышеозначенную «суку», в которую засыпал шары, он несколько раз ударил по ней ладонью, затем потряс и снова присоединил к приводу.

Сбросив одолевшую было оторопь, я осторожно отползла от него чуть в сторону. Сердце стучало как безумное. Вот вроде бы игра, а адреналин в ушах булькает. Добавляло остроты и то, что снова оказаться нашпигованной шарами, мягко говоря, не хотелось. Улучив момент, я выглянула из укрытия. В этот же миг слева застрекотал пулемет – Гансу, наконец, удалось справиться с поломкой. Внимание противника инстинктивно сосредоточилось на нем. Не сговариваясь, мы с Вальтером одновременно высунулись и нажали спусковые крючки, после чего в унисон заорали:

— Минус!

Двое противников потянули из карманов красные тряпки, а мы, переглянувшись с азартными улыбками, снова скрылись, уходя с траектории полета шаров.

— Ксю, ты это, назад посматривай, а то мало ли, – флегматично напомнил мне пулеметчик, пожевывая травинку и размеренно засыпая шарами кусты напротив.

Пользуясь случаем, я вогнала новую механу взамен потраченной и обернулась, убеждаясь, что там пока никого нет.

— Ганс, повнимательней! Своих не положи, – негромко предупредил по рации Вальтер.

И тут же поодаль застрекотали новые привода – это группы Кота и Анвара незаметно обошли нападавших сзади и включились в битву. В стане противников возникла сумятица, они не были готовы к атаке с тыла и срочно принялись делить силы, ослабив давление на нас. Мы, наоборот, поднажали, объединившись с остатками четвертой и пятой групп. Вскоре всё было кончено. Памятуя наказ Ганса, я обернулась вовремя, чтобы увидеть, как какой-то парень замахивается для броска.

— Граната! – заорала я.

Движимая азартом и кипящим в груди адреналином, вскинула «эмку», вместо того чтобы броситься в сторону. Совместила зеленую точку на экране коллиматора с фигурой бойца. Дальше всё пошло точно в замедленной съемке. Застреленный мной парень ругнулся и потянул вверх руку, получив еще несколько попаданий. С глухим ударом черный муляж игровой гранаты упал точнехонько у моих ног, ударившись о нос ботинка. Ганс только-только поднялся и обернулся, я зафиксировала его округлившиеся под двойными диоптриями глаза.

Пнуть? Отбежать?

Дурацкий ступор сковал меня, не давая действовать, тело уже ломило от переизбытка адреналина, а я не могла с места двинуться: все равно не успею. Радиус поражения игровой гранаты – пять метров, внутри то ли четвертый, то ли пятый «Корсар» (праздничная петарда), а то ли целый шестой? И чем больше эта цифра, тем громче и страшнее жахнет…

Но раньше, чем пластиковая оболочка разлетелась в клочья, меня точно вихрем снесло с места. Крепкая рука обхватила за талию, бесцеремонно прижав к твердому телу. Ноги оторвались от земли, и мы полетели вниз с пригорка. Оглушительно рвануло сзади, ощетинившаяся пожухлой прошлогодней травой земля стремительно приблизилась к моему носу, но не успела я толком испугаться, как она сменилась голубым майским небом, расчерченным древесными ветками с пока еще редкой листвой. Я даже не ударилась, только голова в шлеме откинулась от рывка и основательно стукнулась затылком обо что-то твердое позади. В этой позе мы проскользили дальше по склону, изображая бобслеистов, и, наконец, остановились.