Книга Ассистентка для похитителя мыслей, страница 82 – Наталия Журавликова

— Это смешно, Мери, — сказал он, с нежностью вытирая слезы с моего лица, — но ты изменила меня. Я вдруг понял, насколько одержим своей Корпорацией. Увеличением прибыли. И когда ты столкнулась со своим непростым моральным выбором, задумался, может, это и есть настоящее? То, над чем я так смеялся раньше. Высокие идеалы. Готовность пожертвовать собой ради тех, кто тебя толком никогда не понимал. А когда я увидел сегодняшнее воссоединение вашей семьи. Как все вы кинулись к этому глупому мальчишке, провожая его в лекарню. Он устроил этот сыр-бор, но все его любят.

— У тебя было не так?

Я приложила щеку к его груди, прижалась. Так уютно. А он меня держал в кольце своих объятий. Мы оба и не думали сесть обратно за стол, так и стояли рядом с ним.

— Я рассказывал тебе, что моя семья разорилась, когда я только вышел из подросткового возраста. И я постарался доказать, что успешен, что смогу все возродить. Потому что мой дар никогда не воспринимали всерьез.

— Понимаю тебя. Я была отличницей и никто этого не замечал. А стоило моему беспутному братцу объявить, что он больше не будет балбесничать и поступит учиться, как его чуть на руках носить не начали. А уж когда он начал подрабатывать официантом… Все забыли, что он уроки прогуливал в школе.

— Скучно! — заявил вдруг Андреас. — У нас тут с тобой намечалось кое-что поинтереснее жалоб на свои семьи!

Я хотела возмутиться и даже обидеться. Но он вновь меня поцеловал. А потом еще раз.

— Андреас, — спросила я его, когда мы оба сделали паузу, чтобы отдышаться, — если ты на меня не воздействовал, то почему я тебя видела тогда в библиотеке? Ты со мной разговаривал через Форсию.

— И что говорил? — удивился он.

— Хотите узнать, не скрываю ли я что-то, приходите и убедитесь. И что-то про то что я не выдержу даже испытательный срок.

— А, — с пониманием кивнул Андреас, — такое бывает. Это как раз остаточные явления после собеседования. Да, воздействие кристалла закончилось, но заклятье молчания, которое на тебя наложил Филин, тебя сдерживало. И подсознание напоминало об этом. Прости, что пришлось к этому прибегнуть.

— Да я понимаю. Скажи, Андреас, а часто к вам обращаются, чтобы воздействовать на кого-то против его воли?

— Бывает, — подтвердил этот великолепный менталист, — но благодаря тебе, твоей искренности и самоотверженности я задумался, так ли мне хочется и дальше обогащаться за счет лжи… да, звучит наивно. Но ты поколебала мои моральные установки. А сейчас, хватит болтать. Тем более, выходит как-то слащаво, у меня скоро челюсти от этой беседы склеятся. А у меня совсем другие планы.

И он решительно подхватил меня на руки.

Три месяца спустя

— Игра на скрипке — не ваше, уж поверьте мне, — сказав это, доктор Лимончай покосился в нашу с Андреасом сторону, словно сам себе не веря, — даже если вы научитесь механически терзать струны, это не даст вам ощутить себя великим музыкантом.

— Но… мне рассказывали, что вы… — пухлощекий мужчина с жидкими длинными волосами, собранными в смешной хвостик, растерянно смотрел на менталиста.

— Мы помогаем найти свое место в жизни. А не создать для себя новые иллюзии, от которых будет неудобно потом отказаться. Ведь деньги уплачены.

Это уже Андреас поддержал своего сотрудника.

— А как же… а что же? — посетитель захлопал маленькими глазками, казалось, заплачет сейчас.