Книга Академия избранных Мраком. Поддельная адептка, страница 163 – Наталия Журавликова

А еще — та сама дата три-три-три, на которую намечено нечто ужасное.

Родителям позволено приезжать и поздравлять своих детей, но я слезно молила маму не делать этого. Мы пообщались с ней по баяфелу. Я наконец-то заслужила это право.

— Почему ты не хочешь меня видеть, милая? — в голосе мамы слышится обида. — Ведь тебя так давно не было дома! И каждый день разлуки просто мучителен.

— Пожалуйста, приезжай на несколько дней позже, — канючу я, — подружки обещали мне вечеринку, и…

— Можешь не продолжать, — мама вздыхает уже с облегчением, — сама была молодая, понимаю. Конечно, я приеду на первый же выходной после твоих именин. Развлекайся, дорогая!

— Я так люблю тебя, мамочка! — говорю совершенно искренне, а из глаз вот-вот брызнут слезы. Кто знает, чем закончится эта «вечеринка».

— И я люблю тебя, мое сердечко.

Вот и поговорили, а возможно и попрощались.

Я осознаю, насколько высок риск. Но не собираюсь отступать.

Выхожу на улицу, полюбоваться украшенным садом и обновленной к празднику площадью.

Барельеф с портретами основателей академии не только восстановлен, но кажется, чуточку приукрашен.

Лякся гордо восседает на постаменте фонтана, подставив морду ярким и теплым лучам Ардила.

Она уже совершенно свыклась с нашим ритмом жизни, будет очень жаль отдавать ее в питомник.

Может, ректор решит все же оставить горгулью в качестве одного из символов академии. Ведет она себя сейчас куда приличнее, чем Вальдер Эфлон.

— Ирлея! — Милон радуется, застав меня у фонтана. — Я нашел нечто интересное и похожее на то, что произошло с Кирс.

Мы удаляемся в беседку, и Милон Ханиш рассказывает о древнем и редком колдовстве под названием «Извлеченные души».

— Удаляется не вся душа, а лишь ее частичка, точнее, цепочка каких-то качеств. Они преобразуются в энергию для подпитки чего-то или кого-то. Ну а место, которое освобождается, превращает человека в сосуд. И чаще всего маг, совершивший такое непотребство, чем-то заполняет эту пустоту.

— Значит он с ними еще не закончил! — по спине пробегают холодные костлявые пальцы страха.

— Получается, так, — растерянно откликается Милон.

20.3

На следующий день занятия в Мракендарре отменены.

Академия празднует свое трехсот тридцати трехлетие.

С утра на улице слышна музыка, инструменты летают стайками по аллеям, путаются в ветвях деревьев.

В воздухе запах свежей листвы и праздника.

— С днём рождения, Летхит, — слышу поздравительное ворчание соседки.

Фелиндрикс запрыгивает на кровать, прижимается, обнимает пушистыми крыльями.

Глажу малыша по голове между ушами.

— Спасибо, — благодарю обоих своих сожителей за поздравления.

— Вся движуха начнется в три, — размышляет Эльна, — сначала праздник на площади, а потом какое-то представление в Чертоге Мрака. Там-то все и случится.

У нее в руках тонкий листок с программой важного дня.

— Какое бесстыдство, вносить это в программу! — возмущаюсь я.

— Скорее всего, Талироди собирается воздействовать на весь Мракендарр, как истинный злодей.

Эльна смотрит на меня с интересом:

— Ты подниматься думаешь? Я тебя одаривать собираюсь.

Как мило. Суровая темная ведьма может сколько угодно показывать, какая она жесткая, словно пережаренное мясо. Но ее действия говорят обратное.

Стоило мне встать, как соседка вручает черную шкатулку, вырезанную из камня.