Книга Отбор драконьего высочества, страница 2 – Наталия Журавликова

Его конь чуть не встал на дыбы, услышав гневные интонации хозяина. Лусиан еле удержал животное.

Я в испуге отшатнулась. И чуть не наступила на очередное земноводное. Сколько их тут развелось, будто мы на болоте а не в парке. Словно все в свиту принца Лусиана собрались.

Жаба заголосила и прыгнула, описав огромную дугу в воздухе. Прислушавшись, я поняла, что это и есть наш потерянный глашатай.

— Вот он! — закричала я, тыкая пальцем в несчастное существо.

Принц оказался проворнее всех. Он выпустил конскую уздечку, сдернул платок с шеи и накинул его на жабу.

— А теперь давай приводи его в прежний вид! — Лусиан брезгливо протягивал мне барахтающийся сверток.

Я бы и рада это сделать. Но… дело в том, что мне даже не очень понятно, как именно я смогла обратить глашатая Тирслея в жабу. Соответственно, и расколдовать его вот так сразу проблематично.

— Проблемы, дочка? — с облегчением я услышала голос отца.

Папа невозмутимо направил свой сучковатый деревянный посох в сторону барахтающейся в руках вельможи шапки. Раздался легкий треск и тут же на руках королевского наследника появился испуганно озирающийся Тирслей. Из одежды на нем был только платок.

Глашатай - мужчина крупный. Поэтому принц такой внезапной и резкой нагрузки не выдержал. Оба с шумом упали в грязь.

Тирслей резво отскочил в сторону, или это Лусиан его скинул. Принц тут же вскочил. С его белоснежного камзола, расшитого золотыми нитями, лилась вода из лужи.

Цвет его глаз сменился с темно-карих на ярко-янтарные. Зрачок стал вертикальным. Я увидела, как на щеках наметилась тень чешуи, вот-вот проступит ярче.

— Ты за это заплатишь, ведьма! — голос молодого дракона стал низким и угрожающим. — Клянусь, ваш облезлый заповедник завтра же прикроют, а вы, два колдуна, ответите за мой позор по заслугам!

— Ваше высочество! — подал голос мой отец.

— Молчать! — рявкнул Лусиан.

Тирслей торопливо одевался, пытаясь засунуть ногу в рукав камзола.

— Ох, и набедокурила ты, дочка, — покачал головой папа, глядя как принц и его свита усаживаются на своих коней обратно.

Три дня спустя

— И таким образом, ведьмак Ареш, а также его жена и две дочери должны освободить заповедный лес сроком в семь дней, передав все полномочия королевскому леснику!

Глашатай Тирслей закончил читать королевский указ и самодовольно обвел взглядом комнату, в которой мы его принимали.

Можно было сразу догадаться, как только нам начали стучать в дверь бревном, судя по звуку, что легким внушением дело не закончится.

Но сейчас случилась катастрофа.

— Моя дочь перед вами провинилась, Тирслей, — папа сложил руки на груди и старался говорить по-обыкновению спокойно, — и я принес уже вам тысячи извинений, а кроме того, уплатил штраф. И в королевскую казну, и лично.

Глашатай непроизвольно похлопал по карману, в котором тут же зазвенело. Видимо, он там до сих пор носит моральную компенсацию за причиненный мной ущерб.

— Только поэтому ваша девица Керис не в тюремных застенках! — сказал он, важно надувая щеки. Нет, только не думай о жабах, Кери… о лягушках тоже.

— Лишь мое личное заступничество перед его величеством избавило ее от немедленного ареста!

Заступничество. Обиженному глашатаю отец выплатил половину суммы, скопленной на мое образование. Вторая часть ушла уже как официальный штраф за хулиганство.