Книга Вороница. Пойманные души, страница 65 – Татьяна Морец

Я трусливо закрываю глаза, чтобы не замечать его проникновенного взгляда, сопротивляюсь голосу, что трогает за живое. Тело тут же обретает свободу, и я молча соскальзываю с кровати, так и не рискуя смотреть на мужчину. Приковываю свой взгляд к маленькому круглому окну. Нервно наматываю платок, как попало формируя складки. Потом Рорри переделает. Все мои мысли сконцентрированы вокруг сумеречника. Я гипнотизирую окно, ощущаю, как жжёт спину между лопаток от пристального внимания мужчины. Верно ли я расцениваю его действия? Почему мне кажется, что с другими он не столь заботлив и терпелив? Склоняюсь, что это самообман… Чем я отлична для него от большинства других женщин? Подумаешь, обладательница редкого дара, а больше я ничем не примечательна.

Так боюсь довериться, а потом лечить разбитое сердце… Если будет что лечить, учитывая неизвестное будущее.

— Ты очень громко думаешь, девушка-вран, – так привычно вырастает за спиной сумеречник и умело помогает поправить платок. – Если сомневаешься – только спроси.

Его слова заставляют меня обернуться и посмотреть на него.

— Спросить? И ты скажешь, как есть, не лукавя и не скрывая ничего? – я спрашиваю в лоб. И правда, какой смысл ходить вокруг да около.

— Не обещаю, что выверну душу. Смотря, что ты спросишь, – в своей манере, насмешливо дёргает бровями Амиран. – Но врать и лукавить не стану. – Поменяв настрой на серьёзный, блондин ждёт.

— Кто я для тебя? Зачем ты целуешь меня, обнимаешь? Я чётко дала понять: короткие интрижки меня не устраивают! – Отслеживаю его мимику я, в стремлении узнать правду.

— Хм… я думал об этом, Эви. Ты мне понравилась сразу. В том зале, когда набросилась с поцелуями. Было бы печально забыть тебя такой. Из-за твоей привязки за последние дни я вспомнил, что произошло, с момента нашей встречи. Свои мысли и эмоции. Я понял тогда, что ты была там неспроста. Но ты меня переиграла, – вдруг взрывается хохотом он. – Я подумал, что молодую воровку интересуют драгоценности или другие ценные вещи, коих полно́ в замке. Не отрицал, что ты можешь быть и шнырялой кого-то из наших внутренних соперников. Поверь, таких предостаточно при дворе Государя. Сразу отметил, какая ты красивая и ладная. Не то что знатные дамочки. Они тяжелее фужера с вином ничего не держали в своих слабых ручках. А ты была другая: крепкая хватка, прямой взгляд без жеманства. Думал, проведу с тобой горячую ночку, как ты сама, и если не признаешься, зачем проникла в замок – тогда уже отправлю к дознавателям.

А я-то! Наивная, как куропатка по осени, чуть не угодившая в суп, решила, что провела его своей игрой.

— Но узнавая тебя с завтрака в твоём доме, понял, что ты интереснее, чем я думал, – и доверительно шёпотом добавляет: – До тебя меня никто раньше не связывал.

На его признание не могу сдержать смешка. Он опять об одном.

Лукавый взгляд становится серьёзным, в нём снова вихрем закручивается туман.

— А потом приятным открытием стало, что за обликом дерзкой воровки находится светлая душа: сопереживающая и ранимая.

Я теряюсь. Эти качества не делают меня сильной. И я уж точно не хотела быть такой в глазах других.

— Не стал бы тебя неволить, но когда заручился согласием отправиться в путь, не скрою – это порадовало. – И с завидной для меня смелостью заявляет: – Ты меня притягиваешь с каждым днём только сильнее, вороница. В этом и есть смысл поцелуев и заботы о тебе. Никаких секретов и скрытых умыслов.