Онлайн книга «Когда сядет солнце»
|
Только убедившись, что в модуле все в порядке, даю команду поднять крышку. Кряхтя, выбираюсь из своей транспортировочной капсулы. И, встав как вкопанная, пялюсь на вторую такую же, но абсолютно пустую. Со мной мог спастись Джонатан или кто-то еще из нашей большой команды. На фрегате «Фрэнсис Дрейк» было столько людей… Но по какой-то причине я здесь одна. Одна. Мозг отказывается воспринимать эту информацию. Ледяной ужас сжимает сердце и снова сбивает дыхание. Трясу головой. Нет, Рай, нельзя. Нельзя впадать в отчаяние. Не время. Оцениваю свои медицинские показатели. Так, кажется, дела неплохи. Немного понижено давление, газовый состав крови неидеален, незначительно повышена углекислота и слабое обезвоживание. Ввожу себе нейтрализатор седации. Не с первой попытки дрожащими руками подключаю капельницу с питательным коктейлем. Не помню, когда у меня так тряслись руки. Есть пока не смогу. Мне и попить удается с большим трудом: тошнота накатывает волнами и сильно кружится голова. Держусь. Отключусь позже. Цепляю на лицо кислородную маску. Так я быстрее приду в себя и избавлюсь от ненужных продуктов метаболизма. А теперь меня ждет самый сложный вопрос: понять, где нахожусь. Поначалу зонды не обнаруживают ни одного подходящего объекта поблизости, по которому я смогла бы вычислить свои координаты. Со стоном роняю голову на руки. Нужно несколько минут. Немного очухаюсь и пойму, как действовать дальше. Несмотря на неудобную позу, я все-таки отрубаюсь. То ли от стресса, то ли догнало остаточное действие седатика. Опомнившись, определяю свое состояние куда более стабильным, чем при первом пробуждении. Воспринимаю степень собственной глупости как запредельную. Я вырубилась, даже не запустив сигнал о помощи. Ну какой из меня астронавт? Я жила, полностью погрузившись в медицину, упустив элементарные вещи, которые помнит и знает каждый ребенок, окончивший гимназию. Не говоря уж о тех, кто вырос на орбитальной станции. И вот моя уверенность в том, что это никогда не пригодится, сыграла не в мою пользу. Оцениваю запас воды, кислорода, еды и топлива. При экономном использовании на неделю хватит еды и воды. С кислородом дела обстоят хуже. Рассчитаю, насколько смогу снизить его концентрацию, чтобы критично не сказалось на здоровье. О комфорте речи не идет. А вот топливо… Пока модуль движется по инерции в неизвестном направлении. Как бы ни напрягала эта мысль, нужно (естественно, не без помощи бортового компьютера) сделать расчеты и потратить каждый кубик экзоматерии с умом. И рискнуть. Не привыкать. Раньше я рисковала своей репутацией и чужими жизнями. А теперь на кон тоже придется поставить жизнь, но уже свою… Вдруг в полной тишине сигналами оживает компьютер и выдает вереницу цифр на мониторах. У меня екает сердце. Безумно страшно узнать, где же я нахожусь. Но куда страшнее длительное молчание на любых частотах. Пустой эфир не придает уверенности. Просматривая столбцы расчетов, пытаюсь разобраться в навигационных данных. Не будь моей последней работы, никогда бы не удалось понять и крупиц этой информации. Часы, проведенные на планерках в команде фрегата, сделали свое дело. Меня никогда не интересовало судовождение. Проще было летать пассажиром и использовать драгоценные часы для отдыха или изучать информацию по пациенту и его заболеванию. Мне нечасто приходилось покидать госпиталь для лечения, но иной раз бывало невозможным транспортировать пациента к нам на Джи-3457. |