Книга Кокон для души, страница 159 – Наталья Белецкая

Не знаю, каких усилий мне стоило не заорать, не завыть, видя его таким. Наверное, я все-таки не до конца осознала непоправимость произошедшего в тот момент. Возле василиска сидели два пирата: один уже снял цепочку, висевшую на шее Уорна, и рассматривал амулеты на ней, а второй обыскивал тело дальше.

— Капитан, — как сквозь вату донесся до меня голос одного из пиратов, — а с ним что делать? Живучий гад! Дышит еще! Добить?

Жив! Господи, жив! Если его не добьют. Какая же я — дура! Если бы можно было обратить время вспять, я бы с радостью согласилась на обряд. Даже, если бы потом выяснилось, что все это только для обретения силы и больше им ничего от меня не надо! Согласна в монастырь для оракулов потом уйти и каждый день радивещать, проводя волю бониги. Да на что угодно согласна, лишь бы они живы остались!

— Не сметь его убивать! — рявкнул капитан, — Он живым нужен! Если он богине душу отдаст, я с вас шкуру сниму!

Ох, какой молодец, я даже чуть не обняла пирата от радости. Богиня, если ты меня слышишь, пусть они будут живы все. Очень прошу! Пусть только живы будут! Что угодно сделаю.

Келрит обернулся и посмотрел на меня:

— Что-то ты побледнела, красотка! Решила, что жених твой сдох?

— Нет, — выдавила я, — просто до этого не видела, как действует окаменение василисков.

— Хм… — многозначно посмотрел на меня келрит, а потом вдруг подошел, взял за талию и, немного приподняв, перенес через участок с телами.

— С-спасибо, — в некотором офигении выдала я.

На Уорна старалась не смотреть, было очень страшно. Я шла за келритом мимо комнат, в которых копались матросы. Видимо, некоторые слуги или охранники пытались оказывать сопротивление, в холле ковер был заляпан кровью, но тел не было видно. Меня вели на первый этаж. Мы прошли зал, в котором для нас накрывали ужин и по узкому коридору свернули в сторону кухни. В просторной комнате, которая, видимо, служила столовой для слуг, разместился пиратский штаб. Несколько пиратов слушали человека, который стоял ко мне спиной.

— … не делать. У всего города должно создастся впечатление, что все идет, как прежде, — говорил мужчина. Его голос показался мне смутно знакомым.

Вдруг откуда-то сбоку раздалось рычание.

— Что случилось, Мигонья? — ласково спросил негодяй, повернувшись в нашу сторону.

И тогда я его узнала. Поняла, где слышала этот голос и эти повелительные интонации. В долине, когда, пытаясь выбраться из пещеры и пролезла в узкую дыру. Взгляд метнулся в сторону звука. Слева от нас сидел скорр. Первый раз я так близко видела этих животных. Тогда на чердаке храма у меня не было времени рассматривать живность. Сейчас же я поняла, что сходство с собаками было весьма отдаленным. Во-первых, кожа этой твари была покрыта серой слизью, во-вторых, более массивная, чем у собак, морда, с огромной пастью и с выпуклыми торчащими, как иглы зубами. И, в-третьих, глаза у твари оказались белого цвета. Именно эта «собака», обнаружив меня в пещере под тропинкой к водопаду, рычала и скреблась.

Хозяин Мигоньи среди загорелых и неопрятно одетых пиратов, смотрелся чужеродным элементом. Среднего роста, прилизанные темно-русые волосы, красная рубашка, белый костюм с золотыми пуговицами, красные блестящие туфли. Он мог бы считаться красивым, если бы не брезгливое выражение лица.