Книга Вечерний изумруд, страница 104 – Иника Мин

— Угу, ближе, – первую часть он проигнорировал, – у тебя все? Покойные товарищи, поди, заждались.

— Прозвучало как-то двусмысленно, тебе не кажется?

— Угу, именно поэтому и выбрал такую формулировку. Так что, у тебя все? Я могу идти?

— Я, кстати, как-то был на их могиле. Ну, Маши и Софьи. – Олег и не думал останавливаться. Мстислав замер, пытаясь сохранить лицо. – Красиво там у них. Ты постарался? Или времени не хватило, и за тебя сделали? Да, дочку прям очень жалко. Сколько ей было бы сейчас?

Во мне начинала бушевать ярость. Хотелось убить Олега, заткнуть навсегда, чтобы больше ни одна отвратительная фраза не вылетела из его рта. Я сжала кулаки, на сдержала порыв.

— Двенадцать бы исполнилось, – севшим, абсолютно не своим голосом ответил Мстислав. Что уже было удивительно: он ответил. Не послал, не съязвил, не проигнорировал. У Олега все же получилось его задеть.

— Ох, как жаль, как жаль. Она ведь еще и на тебя так похожа, сразу видно – папина дочка. Ну, была, хех.

Я понимала, что еще одно слово – и командир сломается. Поэтому вмешалась:

— Как жаль, Олег, что нам идти надо. Смотри, в своем яде не захлебнись. Что, настолько нечем заняться, что поджидал нас здесь? Так обычно неудачники и поступают. Долго, кстати, стоял, не замерз? – Я говорила, пытаясь вложить в интонацию как можно больше презрения. Это сработало.

— Ты… знай свое место, тебя растоптать будет…

— Олег. Ты жалок. Не позорься!

Мстислав вернулся в реальность и дернул меня за руку.

Я все еще была зла и очень хотела двинуть Олегу в челюсть, пока мы проходили мимо. Лишь отойдя на достаточное расстояние, я почувствовала, что ладонь, сжимающая мою руку, дрожит.

— Мстислав… ты как? – насторожилась я.

Командира крупно трясло, я никогда не видела его таким уязвимым. В первые дни знакомства я была бы несказанно рада, но не теперь. Теперь мне было слишком больно за него.

— Он ведь прав – двенадцать… Она была вся в меня. Я думал, в зеркало смотрю. Так странно…

Мстислав начал что-то сумбурно шептать, разбитый, уничтоженный… Слезы снова покатились по моим щекам. Я обняла его, пытаясь успокоить. Он продолжал что-то еле различимо говорить. Я поняла, что лучше ему не становится, поэтому заключила его лицо в ладони и заглянула в глаза.

— Ш-ш-ш-ш, Мстислав, все хорошо. Сейчас я с тобой. Перестань корить себя. Твою семью уже не вернуть, но то, что ты утопаешь в прошлом, вот-вот сломает тебя. А ты нужен мне, я не хочу потерять тебя. Я…

Я хотела сказать «люблю тебя», но испугалась, ведь это слишком громкие слова. Я еще не до конца понимала, что такое «люблю» и правда ли это чувство испытываю.

Его взгляд перестал блуждать. Мстислав наконец посмотрел мне в глаза. Я чувствовала, как его дрожь стихает. Он коснулся пальцами моих ладоней, аккуратно отнял их от своего лица, после чего обнял меня, прошептав короткое, но емкое «спасибо».

Дни подготовки к очередной миссии слишком быстро подошли к концу. Казалось, мы покидали тренировочное поле только для того, чтобы собираться в лектории и изучать стратегию операции. Сегодняшняя ночь была последней перед миссией. Я осталась у Мстислава, зная, что, если буду одна, беспокойство меня сожрет. А ему словно было все равно – он занимался какими-то рутинными делами. В отместку я весь вечер не отлипала от него, пока он не выдержал и не попросил оставить его в покое хотя бы на пять минут. Видите ли, ему нужно было разобраться с документами, которые потребуется отнести в управление.