Книга Вечерний изумруд, страница 92 – Иника Мин

— Давай не будем ругаться, хорошо? Я не жду ничего от тебя. Можешь делать что хочешь, но я внес аренду на три месяца вперед. Хотел и больше, но вдруг тебе не понравится там. Ладно. Забудь. Я устал злиться. Давай не будем, пожалуйста.

Под конец его голос стал тихим и мягким. Видимо, он действительно устал.

— Прости, – пролепетала я, – я всегда грублю, когда волнуюсь. Хотя я немного злюсь на тебя, да. Больше не смей исчезать, не сказав ни слова. Да еще и раненым.

— Хорошо. Даю слово, – улыбнулся он.

— Все… хорошо?

— Со мной? Да. Это было не боевое задание. Мои раны практически затянулись.

— А это… задание… как-то связано с теми химерами?

— Какими? – Он напрягся.

— Ну… разумными.

— Лучше не лезь в это.

— То есть тебе можно, а мне нет?

— Все так.

— Ты же знаешь, что я не послушаюсь.

— Знаю, поэтому и влез вперед тебя, чтобы разгрести эту грязь.

— Почему ты так опекаешь меня?

Он покрутил в руке почти пустой бокал, разглядывая остатки шампанского, и усмехнулся:

— Наверное, не стоит мешать медикаменты с алкоголем. Я снова слишком разоткровенничался. Отвечая на твой вопрос: а разве это не очевидно? Не очевидно, почему я столько делаю ради тебя?

— Мне – нет.

Он еще раз усмехнулся, в один глоток допил шампанское и повернулся к перилам террасы.

— Ну и не бери в голову. Считай, если так будет легче, что я очень хороший командир.

— Арина была права, – еле слышно сказала я, – ты никогда не признаешься…

— Что? – Он действительно не расслышал, пока ставил бокал на пол и выпрямлялся.

— Я тебе нравлюсь?

Мстислав немного опешил, а потом снова скользнул взглядом по моему платью:

— Ты великолепно выглядишь. Да, нравишься, тебе очень идет.

— Я не про свой сегодняшний образ. Я нравлюсь тебе как женщина?

Несколько секунд он растерянно смотрел мне в глаза, после чего, не отводя взгляда, слишком серьезно ответил:

— Нет, не понимаю, с чего ты взяла.

Он явно переигрывал. Его напускная холодность выглядела нелепо. Видимо, я застала его врасплох.

— Зачем ты поцеловал меня тогда, на миссии?

Вот оно. Попала в цель. Маска безразличия тут же треснула:

— Я – что? Не было такого. Когда? – почти паниковал он, понимая, что выдает себя с потрохами.

— Тогда, у лестницы, ты поцеловал меня в лоб, когда я была на грани паники.

— Я не… тебе показалось. С чего бы мне это делать?

— А что насчет сейчас? – Я сделала шаг вперед, с каким-то странным удовлетворением наблюдая, как он тушуется и чуть ли не отступает, но пересиливает себя. – Хочешь поцеловать?

— Ты всегда, когда выпьешь, будешь пытаться соблазнить меня?

— А что, у меня хорошо получается, да?

— Иногда.

Теперь уже он сделал шаг вперед – и я почувствовала его дыхание на губах.

— Так целуй.

— Не хочу.

— А я хочу. Поцелуй меня.

— Не командуй мной, что за дерзкая девчонка…

Шершавые губы опустились на мои, вопреки его словам.

Весь шум приема вмиг затих, и мы растворились в биении сердец друг друга. Мстислав целовал так, будто боялся навредить, но потом нежность сменилась настойчивостью. Горячий язык лизнул мою нижнюю губу, толкнулся в рот. Голова закружилась, и, теряя опору, я прижалась к Мстиславу. Он воспользовался этим и нахально углубил поцелуй. Не то чтобы я не хотела отвечать… просто это был мой первый настоящий поцелуй. Я абсолютно доверилась. И разомлела, как только Мстислав шершавым кончиком языка прошелся по моему небу. Руки сами обвили его шею и зарылись в копне черных волос, возвращая им привычный хаос. Как только я чуть сжала пальцы у корней, Мстислав прислонил меня к перилам террасы, отстранился и поцеловал снова, мазнув языков по нижней губе. Кажется, что этот поцелуй длился вечность. Но внешние звуки все же разорвали вакуум тишины на двоих: где-то раздался возглас о начале церемонии, прогремели аплодисменты… Мстислав простонал и отступил. Затем тяжело вздохнул и чуть севшим голосом сообщил: