Книга Осторожно! Дракон на перевоспитании, страница 101 – Любовь Белых

Ведьма глядела на меня с интересом и ухмылкой. Наверное, выжидала лучший момент, чтобы сказать мне, что-то вроде того, что я умерла, а моя душенька теперь принадлежит ей, ну или объяснить мне правила поведения приличной зомбы.

— Всё? – чей-то громкий голос донёсся из-за неуспевших закрыться за последней старухой дверей. – Получилось?

— Да что там получаться? – ведьма, казалось бы, утратила ко мне всяческий интерес. Отвернулась от меня и уставилась на вошедшую в комнату девушку. – Слабачка твоя землячка. Обычный обморок и слабость.

Что? Зачем она лгала? И кому она лгала?

Уперевшись руками в кровать, я осторожно встала, облокотилась на локти, прислушиваясь к собственным ощущениям, и всё, что подметила, так это пустоту в желудке и дичайшее любопытство.

— Ты же говорила, что на это тело две души приходится. Откуда мне знать, что это именно та, что нужна мне? И как они будут сосуществовать? – голос хоть и был тихим, но от него так и веяло опасностью и недоверием. Кажется, я попала именно в такой мир, где ведьм не шибко любят. – Имра? Я жду.

Наконец-то на свет вышла та, кому принадлежал сей интересный голос.

У меня чуть челюсть не отпала. Рыжеволосая красотка, чьи волосы, словно языки пламени спускались на верх простого нежно-голубого корсета, ниспадая из-под сверкающей в солнечных лучах короны, хищно прищурилась. Рука в защитном жесте легла на округлившийся живот и замерла.

— Видишь ли, две души соседствовали лишь на то время, пока обе пребывали в мире яви. – нехотя заговорила ведьма. – Полагаю, это благодаря вашим лекарям и знахарям. Что-то поддерживало жизнь в дарийке всё это время, не позволяло душе прибиться к берегам реки жизни. Бояться нечего, она мертва.

Кто мертва? Я?!

— Но народ сказал, что графиня была сама не своя! Они чуть не предали её огню, чтобы изгнать из неё демона. Выходит, что души всё же соседствуют друг с другом после смерти! Мне нужны гарантии, Имра! Иначе наша сделка… – венценосная красавица язвительно усмехнулась, – Отменяется.

— А толку? – хмыкнула ведьма. Эти двое болтали в моей комнате, не обращая на меня никакого внимания. Ведьма, так вообще, спиной ко мне стояла и даже не косилась на меня. Мне бы обидеться, но как-то не хотелось. Я поразительно отчётливо поняла, что роль слушателя сейчас выгоднее и безопаснее. – У этой тоже тело мертво. Какой мне прок от покойницы? Эх, видать, так и помру, не побывав на этой Земле.

— Ты, видимо, забыла, что это лишь часть нашей сделки? – наиграно весело спросила рыжая. – Позволь, я тебе напомню о второй части, где с тебя снимут все подозрения и обвинения за твою выходку! Ты чуть не погубила всё графство из-за своей задетой гордости и самолюбия. Из-за твоего вмешательства чуть не погибли сотни людей. Незнание законов и всех обстоятельств не освобождает от ответственности, Имра.

— Неугомонная. – прошипела старуха. – Нет никаких гарантий. Потому что души больше нет. Ну, ступай, к Дорнхалу, убедись, что она уже даже его устье покинула. Душа-то светлая. Не успела натворить бед. Глядишь, скоро вовсе переродится. Чего от меня хочешь? В остальном, всё, как и с одержимыми. До года две сущности могут спокойно делить одну и ту же оболочку, не вызывая малейших подозрений, а тут… душа. Ещё и светлая. Не думаю, что на её мысли и поступки дарийская принцесса оказывала большое влияние. Что-то подпитывала, что-то гасила, на что-то откликалась, но чаще всего просто молчала. То, что ей удалось занять лидирующие позиции, неслучайность, Ярла. Это закономерность. Душа чувствует, сколько ей отведено и чем меньше этот срок, тем яростнее сопротивление. Но это, – Имра соизволила-таки обернуться и удостоить меня взглядом, – Нам лучше обсудить с ней. Пусть она скажет, права я или нет.