Книга Осторожно! Дракон на перевоспитании, страница 76 – Любовь Белых

— Кстати, граф, – нервно передёрнув обнажённым плечиком, словно сбрасывая взгляд серо-голубых глаз, я попыталась включить кокетку, – Как мне всё же лучше к вам обращаться? На вы? Или на ты? У меня чётко прослеживается странная закономерность нашего общения… Тебе как больше нравится?

— Мне нравятся платья. – отмер мой муженёк, резко обратив внимание на моё лицо.

Как здесь было сдержать свою язвительность?

Губы сами собой растянулись в усмешке:

— Вы бы об этом так открыто не говорили. Люди не поймут.

— Что?

— Что? – наивно захлопала глазами.

Кажется, шутки ниже пояса здесь не приветствовали и не понимали. Тэовар долго хмурился, возможно, подыскивал подходящий для меня ответ, но приход Барнса внёс свои коррективы.

— Мои покои открыты. Зачем ты принёс сюда короб? – тихо и недовольно проговорил дракон, глядя на приближающегося мальчишку.

Ко мне приближающегося!

— Так это… – светлая голова дёрнулась, голубые глаза кольнули меня на долю секунды, – Это не вам, сьер.

Небольшой деревянный ящик в руках моего юного друга уткнулся мне практически в живот.

— Это для графини. От императрицы. Сейчас достану записку из кармана и накладную. Там сказано, пятый короб для графини. Это пятый. – развернув ящик, сбоку которого красовалась римская цифра пять, Барнс растерянно уставился на меня: – Куда прикажете поставить? Или наверх поднять?

Мне было достаточно одной открытой двери в покои графа, чтобы уже считать этот день удивительным, но тут же… И вещи мне Тэовар дал, и на кухню явился, и ещё ящик какой-то принесли от самой императрицы.

Чудеса!

Я растерялась. Смотрела на мужа, надеясь на какую-то подсказку, но, кроме его недовольства, он ничего не излучал. Тогда-то меня посетила мысль, что всё это очень даже неспроста. Может, провокация какая или проверка. А может, вообще – подстава! Я сейчас ящик открою, а там… запрещёнка какая-то! Хотя нет, бред же. Барнс не стал бы в этом участвовать. Как и императрица.

С чего бы ей мне вообще что-то… эм… отправлять?

— Пожалуй, ставь на стол. – хорошенько всё взвесив, я решила, что стоит быть максимально осторожной. Что бы ни находилось в этом ящике, а открыть его лучше при свидетелях, чтобы потом ко мне было меньше вопросиков. – Завтрак подождёт. Я сейчас же и открою.

Барнс избавился от своей ноши и участливо поинтересовался:

— Помочь открыть?

— Помоги.

Пока мальчишка возился с крышкой, поддевая и отгибая гвозди странным гвоздодёром, я не сводила взгляда с графа. Иногда наши глаза встречались, и он чему-то улыбался, как мне казалось, дерзко и надменно, но чаще всего он просто стоял недовольной статуей, горой мышц, и бесил меня своим ничегонеделаньем.

— Готово, госпожа. – деловито отчитался голубоглазый, красуясь перед Дилой со странным инструментом в руках.

Ох, чувствовала, скоро будем свадьбу играть.

— Не хочешь взглянуть первым? – взволнованно поинтересовалась я у дракона.

— Ярла тебе прислала посылку. Если бы она хотела, чтобы я знал, что в ней, она бы положила что-то для тебя в мой короб. – говорил, а у самого глазки косили на мой ящик.

Ну-ну, так я и поверила, что ему неинтересно и он весь такой правильный.

— Я тогда открываю, да? – шумно сглотнув, уточнила я.

— Мы сегодня будем завтракать? – недовольно отозвался дракон.

Да чтоб его!