Онлайн книга «Алексия»
|
— А говорила, что без нотаций. — Ада рассмеялась, отбросив назад волосы. — Не тебе читать мне морали! Сама никого не обращала? Александр был твоим увлечением? Покачивая бедрами она вышла из гостиной, оставив меня стоять в оцепенении. Поднявшись на второй этаж, в некогда бывшую моей, комнату, я не забыла прихватить еще одну бутылку виски. Обессиленно опустившись на пол я погрузилась в воспоминания об безвозвратно ушедшем времени, время от времени вливая в себя новую порцию алкоголя. Моя сестра… Словно уже и не моя сестра… От куда в ней взялась вся эта жестокость? Почему она так презирает смертных? 300 лет… Но ведь она, в отличие от меня была человеком… смертной… Ей были доступны все прелести существования примитивных: жизнь, вкус, доброта, забота, материнство… А я? Я всю свою жизнь провела в погребе… все свое так называемое детство!!! Спасибо мамочке! Тварь! Как же я ее ненавижу!!! При воспоминании о матери сердце внутри сжалось и глаза наполнились слезами. За что она так со мной? В чем я была виновата? Что должно быть причиной держать своего ребенка в погребе вдали от людских ушей, глаз и света солнца? Такое ли я чудовище каким она меня считала? Я давно пришла к выводу, что моя мать была больной на голову фанатичкой, бредившей о новой расе существ. Мама… Сделав очередной глоток я улыбнулась, смахивая бегущую слезинку. Природой задумано, что мама самый близкий и любящий человек, отдающий себя без остатка детям, безгранично оберегая свое дитя. Но все это не о моей матери. У Ады было полноценное детство, мать души в ней не чаяла, ей все разрешалось, даже уже когда на свет появилась я. С 6 месяцев я жила в подвале. Да, именно жила. Мать спускалась ко мне лишь, чтобы накормить и иногда искупать, а после вновь поднималась наверх, возвращаясь к своей жизни, в которой не было места для меня. Она прятала меня ото всех, сообщив всем знакомым о трагической кончине своего ребенка, о трагической кончине меня… Аде категорически запрещалось спускаться ко мне без ее присутствия, а непослушание строго наказывалось жестоким избиением и запугиванием рассказами, что я монстр. Она всю свою жизнь боялась своего ребенка. Свою плоть и кровь. И как оказалось не напрасно. Шел год за годом, я росла и как абсолютно любой ребенок тянулась к матери всей душой в надежде на теплое слово, ласку, а получала всегда жесткость, раздражительность, злость и упреки. Я не знала, что я особенная, мне твердили, что я монстр, чудовище, но никогда не говорили почему я такая и почему мама меня такой считает. Я безумно хотела больше времени проводить с матерью. Быть вместе с ней там, куда она ласково за руку уводит мою сестру… Быть с ними… Меня она никогда не брала за руку, никогда не смотрела с такой же теплотой. Еще совсем маленькой я познала чувство зависти и ненужности. Мои бесконечные попытки подняться наверх, вслед за ними приводили к побоям и угрозам. В меня сыпались самые жестокие слова на свете и летели любые предметы, подвернувшиеся ей под руку. Я кричала… Сколько я себя помню, я постоянно кричала… громко, безостановочно… Временами в мольбах к матери, временами от боли и бессилия. Но наложенные на погреб руны не позволяли добраться до поверхности звукам и их никто не слышал… Никто не приходил меня утешить, успокоить… Тяжело представить сколько слез я выплакала за 10 лет ада… |