Книга Некромантка с прицепом, или Истинная с того света, страница 104 – Любовь Белых

Забывшись тревожным сном, я слышала практически всё, что происходило вокруг. Как вышла из спальни Лена. Как пришёл Ник и они с ней о чём-то переговаривались в соседней комнате. Даже слышала жалобное мяу, где-то поблизости.

А потом пришёл он!

Лена получила моральных люлей, Ника живо заткнули, попросив не вмешиваться, мяу прекратилось, а дверь в спальню тихо скрипнула.

"Ну всё, мне каюк." — сквозь сон подумалось мне.

Кровать немножко прогнулась и скрипнула. Моего лба коснулась большая ладонь, ненадолго там задержавшись. После рука мужчины двинулась по моей скуле, к подбородку, попутно убирая прилипшие к лицу волосы.

Я замерла, стараясь не дышать и не шевелиться. Было настолько приятно, насколько же и плохо. Этот контраст чувств и ощущений смущал и заставлял стыдиться.

"Как же восхитительно пахнут его руки…" — подумалось мне, когда Айрис принялся за вторую часть моего лица, избавляя его от противных волосинок.

Внезапно он легонько стукнул меня по носу, едва слышно прошептав:

— Я знаю, что ты не спишь.

Мамочки, как же стыдно! Как глаза теперь открывать? Может, это проверка?

— Я не стану ругаться. — привёл веский аргумент в пользу моего пробуждения оборотень. — Обещаю.

Глаза я, конечно, открыла. Вот только, встретившись с настороженным и хмурым взглядом, поспешила отвернуться и вернуться в свой пододеяльный окоп. На этот раз с головой.

Ему не нужно было говорить «Я же говорил», у него это на лице написано.

— Поди про́чь, — прохрипела из-под одеяла я. — Я буду спать, а ты своими гляделками мне мешаешь.

— Хочешь, чтоб я ушёл?

— А ты хочешь сидеть со мной, с закрытыми глазами и покерфейсом?

Воцарилось молчание. Да что там молчание — тишина. Ни кровать ни скрипнула, ни зазвучали шаги, ни споров со стороны оборотня…

Даже как-то любопытно, что там, снаружи моего окопа происходит?

— Если проблема только в этом… — наконец-то заговорил Айрис, всё же скрипнув кроватью.

Я вздохнула с облегчением, радуясь, что смогла хоть на такое время усмирить своё любопытство и не сдалась раньше оборотня.

…а оборотень, как оказалось, не сдался тоже.

Кровать скрипнула снова. На этот раз с противоположной стороны, аккурат там, где моя оттопыренная попа. Одеяло натянулось.

— Ты что делаешь? — лишив меня моего же окопа, оборотень нагло улёгся в мою постель. — Хамеем? — раздражённо предположила я.

Улыбнувшись, мужчина широко зевнул и вернул одеяло на мою голову, пригладив его на затылке.

— Ты во всём права, моя дорогая. Сон — самое лучшее лекарство. Ты спи, спи… Мне что-то тоже захотелось.

Нет, ну точно хамеет! Прижимается ещё ко мне таким… таким… всем из себя собой! И не стыдно ему ни капельки, и не жалко меня ничуточки.

Сбросив с головы одеяло, я воинственно прищурилась, поведя плечом и поворачиваясь набок. Точнее, просто поведя плечом. Потому что набок мне повернуться не дали.

Айрис издевался. Он укрыл меня одеялом, обнял за живот, перевернув в прежнее положение, прижался ещё теснее, не давая даже разочка взглянуть в его наглую волчью морду, и тихо изрёк:

— Не надо вертеться и подглядывать. Все пожелания были учтены. Мои гляделки закрыты, ты меня не видишь, спать я тебе ими не мешаю.

Задохнувшись в возмущении, я опять откинула в сторону одеяло, лягнув по мужской стопе пяткой.