Книга Некромантка с прицепом, или Истинная с того света, страница 20 – Любовь Белых

Я поняла. Это шантаж. Она специально начала рассказывать что-то и перевела стрелки на чёртов кофе, чтобы я послушно выполнила требуемое. Некромантка не станет продолжать рассказ, пока я не хлебну эту гадость.

— Почему результаты должны быть другими? Я… умираю? Или как это у зомб называется? — выдавив из себя нервную улыбку, я всё же взяла чашку в руки, принюхавшись к ароматному кофейному пару.

— От одного глотка беды не будет, Крис. — простонала Лена, мигом сорвавшись к небольшому шкафчику. — Вот! — торжественно презентовала мне ковш из прозрачного пластика и пояснила: — Что? Окажется слишком гадким, выплюнешь сюда.

Беспредел какой-то.

Придвинув к себе ковш, я решилась и отхлебнула из чашки, плотно закрыв глаза.

Горечь поразила. Рот тут же онемел, а глаза широко распахнулись. Я не могу сказать, что в полной мере ощутила вкус кофейного напитка, но я хотя бы ощутила нечто похожее — температуру, горечь, терпкий вкус на кончике языка и падение, с которым глоток жидкости рухнул где-то в районе солнечного сплетения.

— Другое ощущение, да? — осторожно поинтересовалась некромантка, не сводя с меня настороженного взгляда.

— Очень. — не могла не согласиться я. — А почему?

Хоть я и была сбита с толку появившимися зачаткам вкуса, но дальше пить кофе совершенно не хотелось. Потому я отодвинула его от себя и вопросительно приподняла бровь, посмотрев в глаза Лене.

Пусть только сейчас попробует не рассказать. Я кофе пила? Пила. Значит, теперь очередь Ленки объяснять мне всё и рассказывать, как она сказала, новости.

— С тобой что-то сделала кровь. — тихо отозвалась девушка, спрятав лицо за чашкой. — У меня не было времени на анализ того, кто влез к нам на балкон, но время соединить плазму и выделенную из майки кровь потерпевшего, было. — меня передёрнуло от слова: «потерпевшего». Какая-то нездоровая подмена понятий. Это я потерпевшая. Разве нет? — Она разжижает плазму, Кристина. Это может означать, что она тебя повторно убивает или…

— Или что? — холодея от нехорошего предчувствия, спросила я.

— Или возвращает к жизни. — хмуро отозвалась некромантка, наконец-то оставив чашку в покое и отодвинув её на край стола.

Ну, это же вроде как хорошо? Конечно же, хорошо!

Почему тогда Лена на меня так напряжённо смотрит:

— Отвечу на твой немой вопрос. — горько усмехнулась она. — Если кровь способна вернуть тебя к жизни, то ты несёшь угрозу и предоставляешь опасность. Подобные случаи уже были… Конечно, ни плоть, ни кровь не возвращали нежити вкус, жизнь и прочее, но определённые эмоции и чувства потерпевших несли — это заставляло их убивать снова и снова. Чтоб чувствовать себя живыми… А ты буквально становишься… Э-э-э-э… На ступень ближе к восстановлению, воскрешению. Называй как хочешь.

— Меня что… — голос дрогнул. Я забыла определение, которое означает убийство зомби.

— Упокоят? — подсказала Лена. — Нет. Я не позволю. Буду давать тебе свою кровь. Но ты должна пообещать, что при малейшей жажде, мысли о том, чтоб кого-то укусить и прочем, сразу же скажешь об этом мне.

Я кивнула, не в силах переварить полученную информацию. Я что, вампир какой-то?

— Кто знает, может, и плакал мой диплом. — неожиданно хохотнула некромантка. — Такими темпами через две недели ты уже будешь живее всех живых.