Книга Авдей. Дитя хаоса, страница 189 – Анастасия Понамарёва

Горячая вода обжигала кожу, и я позволяла себе просто быть. Не думать о том, кто меня ищет. Не гадать, сколько ещё продлится эта передышка. Просто стоять под струями и чувствовать, как уходит напряжение из мышц.

Я провела ладонями по лицу, откинула мокрые волосы назад. Пар поднимался вверх, запотевало зеркало. Сквозь туман я видела своё отражение — размытое, призрачное. Лицо дезертира. Лицо той, кто сбежала от войны, от своих, от себя.

Альма была где-то рядом. В соседнем номере. Я не слышала её — звукоизоляция здесь была хорошей. Но я знала, что она там. Спала. Или просто лежала, глядя в потолок. Она была рядом. Это успокаивало. Мы обе дезертиры. Мы обе сбежали. Мы обе знали цену свободы и цену страха.

Я закрыла глаза, позволив себе расслабиться. Вдох-выдох. Ещё один.

А потом я почувствовала это.

Не звук. Не движение. Что-то другое. Мой Клосс отозвался на чужое присутствие. Лёгкий, едва уловимый энергетический след, который пробился сквозь шум воды и пар. Как будто кто-то вошёл в комнату — тихо, бесшумно, но оставил за собой едва заметную рябь в пространстве.

Я замерла. Сердце пропустило удар.

Кто-то был в моей комнате.

Я перекрыла воду. Рывком. Тишина стала оглушительной. Только капли падали на кафель — кап, кап, кап — и моё собственное дыхание, которое я старалась сделать бесшумным.

Я стояла неподвижно, прислушиваясь. Тишина давила на уши. Но я знала — я чувствовала — что там кто-то есть. Аура была тяжёлой, уверенной. Она не скрывалась. Она ждала.

И я знала, что это за аура. Такая тяжёлая, давящая, холодная — она могла принадлежать только одному виду. Даверс. Не просто даверс — кто-то сильный. Высший.

Я не могла определить, кто именно. По ауре невозможно узнать личность. Только силу. Только породу. Только то, что этот кто-то опаснее меня в несколько раз. Если не в десятки.

Где-то в глубине сознания мелькнула мысль: Альма. Если это охотник — я втяну её в это. Если это кто-то другой — я не хотела, чтобы она видела нас. Это было моё. Наше. То, что не касалось никого. Даже её.

Я посмотрела на дверь ванной. Тонкий слой старого пластика. Он не защитит, если кто-то решит ворваться. Прятаться здесь бесполезно — ванная была маленькой, без окон, без путей к отступлению. Если он решит войти, я буду загнана в угол. Воду я перекрыла. Тишина стала абсолютной.

Оружие, — вспомнила я. — Чёрт. Бластер остался на тумбочке у кровати.

Я огляделась. Кафель. Мыло. Старый шланг от душа. Стеклянная полка. Ничего, что можно было бы использовать как оружие. Даже зубная щётка осталась в комнате. Я была совершенно беззащитна.

С другим Авдеем я бы справилась. Голыми руками, подручными предметами — неважно. Я знала их слабые места, знала, как они двигаются, как дышат. С Авдеем у меня были шансы.

С даверсом — нет.

Без оружия против даверса я была мертва. Их сила, их скорость, их выносливость — всё это превосходило человеческое в разы. Даже слабый даверс был опаснее тренированного Авдея. А этот... этот был сильным. Я чувствовала это по его ауре — тяжёлой, давящей, холодной.

Но зачем даверсу беглый Авдей? У них война на границах, у них свои проблемы. Им нет дела до одного дезертира. За мной охотятся свои — Авдеи. Вейл не успокоится, пока не найдёт меня. Но даверсы... даверсам я не нужна.