Книга Топор богомола, страница 18 – Котаро Исака

— Да уж, оригинальная насмешка, нечего сказать, пап… – Кацуми закатил глаза. – А что, например, мне следует делать, если кто-нибудь скажет мне, что мой отец – никчемное офисное ничтожество?

— Кто-то говорил тебе подобное?

— Я просто привел пример.

— Ну, если кто-то тебе такое сказал, просто не обращай на это внимания.

— Не обращать внимания?

— Если кто-то решил сказать тебе подобное, что он от этого выигрывает? Если твой отец – жалкое ничтожество, работающее в небольшой компании, означает ли это, что твой соперник чем-то лучше него или сделал в своей жизни что-то особенное? Нет. Он просто указывает на некий факт. Возможно, это даже не является правдой. Но даже если и правда – в любом случае это всего лишь сотрясание воздуха. Просто произнесение слов. Любой может это сделать. Но большинство людей так не делают, потому что они умеют отличить одно от другого и у них есть здравый смысл. Итак, парень, который сказал тебе эти слова, просто отбросил здравый смысл и позволил эмоциям взять над собой верх, так что он попросту констатировал факт, который не изменится, – независимо от того, выскажется он по этому поводу или нет. Вот и все, чего он добился. Как я уже сказал, он ничего не выиграл. И потом, ты можешь просто сказать ему в ответ то же самое. «Твои предки были обезьянами», что-то в этом роде. Это тоже неоспоримый факт.

— Вот, значит, что такое, по-твоему, справедливость…

— Да. И если есть что-то, что тебе нравится делать, но тебе совсем не понравилось бы, если б кто-то сделал это с тобой, – это тоже несправедливо.

— Что-то, что нравится мне, но мне не понравилось бы, если б кто-то делал это со мной… Хорошо, тогда как насчет ситуации, когда ты поздно возвращаешься с работы, а мама на тебя злится и говорит, что твои шаги слишком громкие и из-за них она не может уснуть? А когда у тебя выходной, она включает пылесос, не обращая внимания на то, что ты пытаешься уснуть. Разве это справедливо?

Когда он услышал слова, произнесенные его сыном, глаза Жука-носорога чуть было не наполнились слезами. То, что он нашел кого-то, кто по-настоящему понимал его, вызвало у него настоящую бурю эмоций. Но он не мог позволить себе порывисто обнять своего мальчика. Если б он осмелился выразить вслух свою признательность за сочувствие, существовала ненулевая вероятность того, что его жена могла бы узнать об этом. Не то чтобы он думал, что его сын – двойной агент, работающий на обоих родителей. Но никогда нельзя быть слишком предусмотрительным.

* * *

Жук-носорог обходит мужчину, делает захват сзади и ломает ему шею. Тело противника обмякает, его дыхание наконец прерывается.

Он закапывает труп среди растущих поблизости деревьев. Врач сказал ему, что это нормально, если после операции останутся шрамы, – это означало, что ему не нужно было быть слишком осторожным в заметании следов. Взрывотехник, по всей видимости, тщательно скрывал свою личность, так что, даже если его тело будет обнаружено, полиции будет непросто установить, кем он был.

Прежде чем засыпать тело землей, Жук-носорог достает из кармана куртки мужчины его смартфон. Бывали случаи, когда звонок закопанного вместе с убитым телефона приводил к обнаружению трупа. С телефона на ремешке свисает маленький брелок в виде динамитной шашки. «Этому парню действительно нравилась взрывчатка», – думает Жук-носорог, невесело ухмыляясь.