Книга Колыбель Марбаса, страница 24 – Лидия Милеш

— Борис, это твои шутки? Клянусь, если еще раз провернешь что-то подобное, я тебе голову снесу.

Ответом было молчание. Медленно двигаясь и стараясь не пропустить ни единого звука, Семь проверил кресла экипажа, заглянул за технические выступы и даже отодвинул металлические панели на потолке. Ничего. Шаттл был пуст. И тогда до него дошло. Кто-то вынес все оружие, средства связи, наборы для первой помощи. Все. Внутри корабля остались только ящики. Не теряя ни секунды, Семь подбежал к ближайшему контейнеру и сорвал крышку. Гранат не было.

Он застыл, пытаясь уложить в голове эту мысль: пока он лежал под консолью, кто-то вошел в шаттл, вынес все и ушел. Причем сделал это настолько тихо и быстро, что Семь не услышал ни единого звука.

Ничего не понимая, Семь вышел наружу. Лес молчал, как и несколько часов назад. Картина представшая перед ним во время посадки ничуть не изменилась. Только уходящая за горизонт звезда напоследок высветила останки капитана.

* * *

Гробовая тишина действовала Рэму на нервы. По его мнению, вся вселенная производила столько звуков, что будь человек способен слышать хотя бы десятую часть из них — давно бы сошел с ума. Работа двигателей, треск металла под нагрузкой, движение воздуха, биение чужих сердец, бесконечный шум миллионов миров. Но здесь, в заброшенной лаборатории на богом забытой планете, он слышал только хруст стекла под подошвами своих ботинок и неспешные шаги Ари за спиной. Этого было слишком мало, чтобы заполнить всепоглощающую тишину.

— Все чисто, — сказал он, пересекая очередной сектор, и сам удивился тому, как быстро эти два слова начали вызывать раздражение.

— Знаешь, нам крупно повезет, если образцы вообще остались нетронутыми, — поддержала его Ари. — Тебе не приходила мысль, что Совет отправил сюда еще пару кораблей? Чисто из принципа: кто первый принесет добычу — того и деньги.

— Не думаю, что у нас есть конкуренты, — отмахнулся капитан. — Скорее уж местные сами избавились от образцов, когда поняли, что их кинули.

— В отместку?

— Из чувства справедливости. Если бы меня оставили умирать на дикой планете без возможности выбраться, я бы тоже постарался сделать так, чтобы виновники ничего не получили.

— Даже умирая?

— Я стараюсь не врать самому себе. Если надежды нет, то ее нет и точка, — отозвался Рэм.

— Тебя в вашей общине не учили надеяться до конца?

— Такие глупости из нас выбивали еще в колыбели.

Рэм медленно повел плечами, пытаясь размять затекшую шею. Спина болела, ноги ныли, а руки устали держать оружие в постоянной готовности. Сейчас ему хотелось только одного: либо наконец найти эти проклятые образцы, либо встретиться с тем, что скрывается в этой станции. Ожидание начинало утомлять сильнее самой опасности.

“Еще одно дело — и на отдых”, — он повторял эту фразу уже несколько лет. После каждого задания обещал себе исчезнуть на пару месяцев, улететь туда, где его не найдут ни Совет, ни старые враги, ни прошлое. И каждый раз находилась причина взяться за следующую работу.

Поэтому, когда впереди вход в очередной блок наглухо перекрыла массивная дверь, первым желанием Рэма было просто выстрелить в нее и снести к чертовой матери.

— Это пятый блок? — устало спросил он.

Ари подошла к консоли и провела пальцами по потускневшему экрану.