Книга Мы сотрем ваше прошлое, страница 151 – Анита Гамильтон

— Мисс Спринг, у нас осталась одна юридическая неточность.

Люси медленно поставила кофе.

— Если ты достанешь контракт, я тебя ударю.

Генри заверил, что учел этот риск. Он не встал, не полез в карман и не достал никакой новой коробочки; не было музыкантов, камер, инвесторов и Блэйза со снайперской винтовкой. Только старый офис над прачечной, кофе, гул машин этажом ниже и Генри, который положил ладонь на стол рядом с ее рукой, не касаясь.

— Люси, я хочу, чтобы кольцо осталось там. По-настоящему. Но на этот раз решение будет вашим. Вы выйдете за меня?

Все оказалось гораздо хуже, чем Люси ожидала, потому что было правильно. Не красиво, не эффектно и совершенно не в стиле того Генри Сноу, которого она встретила несколько месяцев назад. Тот мужчина объявил бы условия, позаботился о месте, времени, кольце и ответе, после чего оставил бы ей только необходимость расписаться в нужной строке. Этот просто ждал.

Маттео от этого не исчезал. Люси все еще знала, на что способны руки, лежащие сейчас рядом с ее рукой, и никакое время не превратило это знание во что-то удобное. Впервые ей не требовалось выбирать между двумя версиями Генри. Обе были настоящими.

Люси положила ладонь поверх его.

— Да.

Генри не двинулся сразу.

— Любовь моя.

Она подозрительно прищурилась.

— Если после настоящего предложения ты собираешься поблагодарить меня за согласие и пожать руку, решение еще можно пересмотреть.

На этот раз он рассмеялся по-настоящему, обошел стол, и Люси сама потянула его к себе раньше, чем британское воспитание успело испортить момент. Поцелуй получился долгим, совершенно непрофессиональным и, к счастью, не требовал пересмотра ни одного пункта договора.

Эл нашла их минут через двадцать и по одному только молчанию в комнате мгновенно определила, что произошло. Она остановилась в дверях в леопардовом пальто, которое выглядело так, будто халат наконец получил официальное разрешение выходить на улицу, втянула носом воздух и потребовала руку Люси. Узнав, что Генри все-таки спросил, сделал это без контракта и даже не привлек юриста, бабушка ощупала кольцо так сосредоточенно, словно бриллиант мог незаметно подешеветь с их последней проверки, а потом неожиданно погладила Люси по пальцам.

— Ну ладно, мелкая. Неплохой выбор.

Для Эл это было почти благословением, поэтому Люси не стала требовать более эмоциональной версии. Генри тоже проявил редкое благоразумие и спустился за кофе, пока бабушка не решила дополнить благословение финансовой экспертизой будущего брака.

Эл немедленно заняла его место и начала исследовать бумаги на столе, а Люси вернулась к коробке, которую утром привез Фрэнк. После пожара старик наконец признался, что его мастерская последние тридцать лет служила Эл одновременно сейфом, архивом и местом хранения вещей, которые, по ее выражению, «нечего оставлять там, где шарятся родственники». В коробке лежали документы, пластинки, металлическая шкатулка, старый паспорт и несколько конвертов с фотографиями. На вопрос, почему паспорт восемьдесят девятого года вообще хранился у Фрэнка, Эл ответила, что он хотя бы умеет не задавать глупых вопросов. Люси напомнила, что это буквально неправда, и получила совет не путать общую характеристику человека с конкретным преимуществом хранения документов.