Книга Страна без чудес, страница 157 – Андрей Уланов

— В ящиках с казенными печатями?

Двоекуров нарочито медленно хлопнул в ладони. Три раза. Вроде бы тихо, но в наступившей тишине звук получился неприятно-громким.

Затем он развернулся к Лешеку.

— По-прежнему будете отмалчиваться? Только не делайте вид, что поняли меньше остальных, не поверю.

— Взаимно, — глядя в тарелку перед собой, буркнул повстанец, — тоже ни одному вашему слову не верю.

— Хотелось бы сказать, «врет и не краснеет», — обратился Претич к полковнику, вновь перейдя на доверительный тон, — так в меня же ваша эльфийка вилкой кинется.

— Да не буду я вилкой кидаться! — возмутилась я.

Столоначальник в притворном испуге выставил перед собой ладони.

— Шуткую я, милочка, просто шуткую.

— Повторяетесь.

— Есть такое, уж простите. Но ведь, — вкрадчиво уточнил Двоекуров, — краснеет он, когда врёт?

Я внимательно посмотрела на Лешека.

На самом деле он сейчас больше бледнел. Но слабый прилив крови к щекам тоже угадывался. А еще учащённое дыхание, лёгкая влажность у висков, напряжение вокруг рта. Признаки волнения, не обязательно ложь, скорее напряженные размышления, лихорадочная попытка просчитать уже сброшенные на стол карты и оставшиеся на руках у вистующих.

— Как и все люди.

Не знаю, какого ждал ответа Двоекуров, но во взгляде Лешека мне увиделась не признательность, а озабоченность. Словно он лишь сейчас вспомнил, как много информации о человеке можно получить, всего лишь глядя на его лицо.

— Уяснили? — Претич все же решил истолковать мой ответ в нужном ему варианте. — Я хоть и совершенно не эльф, как видите, но кое-что в людях тоже видеть научился. Хватит уже обижаться на публику, Бронислав, публика ваших усилий не оценит. Вы ведь не простой связник и даже не простой эмиссар вашего пресловутого Центра. Наверняка не просто видели всякое-разное, но и знаете много. Достаточно много, чтобы начать задавать неприятные вопросы хотя бы самому себе.

Бронислав, подняв голову, посмотрел на столоначальника. Потом взял бокал, наполнил примерно на четверть и поставил перед собой. Я не уловила, в какое мгновение он изменился. Вроде бы рядом сидел тот же человек, но теперь уже не деревенский старик, не солидный горожанин и даже не революционер, оказавшийся за одним столом со злейшим врагом. Кто-то новый, с усталым лицом и внимательным, цепким взглядом. Настоящий Бронислав или очередная маска? И остался ли вообще настоящий Бронислав под слоями масок, или они уже давно вросли в плоть?

— Я пока не вижу вашего интереса в этой истории. Зачем вы… — Лешек обвёл стол рукой. — Устроили это… сборище. Неужто ради вручения подарка эльфийке?

Краем глаза я заметила, как Пшемек дёрнулся, словно коснувшись «укуси-куста». Верил в предыдущую маску?

— Вы утку-то попробуйте все-таки, — Двоекуров указал на блюдо, — пока осталась. А подарок… я, чтоб вы знали, чувствую некоторую неловкость. Мои подчинённые девушку арестовали, в подвал кинули, револьвер забрали. А она, можно сказать, вчера мне жизнь спасла от ваших приятелей.

— Давайте без фиглярства, — поморщился Лешек. — Раз уж хотите серьезного разговора.

— Давайте, — охотно согласился Претич. — Хочу проверить один совет моего учителя. Думный дьяк Бобрыкин, доводилось о таком слышать? Нет? А жаль. Умнейший был человек, хотя под старость и… Так вот, среди прочих присказок любил повторять: если у тебя несколько проблем, позволь им решить друг друга.