Книга Страна без чудес, страница 99 – Андрей Уланов

— Пятьдесят.

— Что пятьдесят? — не поняла Клэр.

— Шанс уничтожить парового голема для эльфа без специальной подготовки пятьдесят к одному, — пояснила я. — Мы научились, но дорогой ценой.

— Дерьмо, да? Ты пиво-то пей, — полуэльфка двинула ко мне кружку, — жратва здесь та ещё дрянь, а вот насчёт пива Марко прав. Неплохое, у них тут какие-то заморочки с привилегиями местного барина. Что-то про право варить, право продавать, право бить по морде тех, кто варит без права… ну, за разбавленное хозяину и без всякого права в морду найдется кому насовать.

Кружка была глиняная, тяжёлая, с отколотым краем. Осторожно взяв её обеими руками, я принюхалась и сделала глоток.

Действительно не плохо. Разумеется, не Саэлен Велай, но для полутемной корчмы на задворках мира вкус оказался очень даже интересный. Грубое, плотное, тёмное, с хлебной густотой и мягкой горечью хмеля. Сначала вкус ржаной корки, потом немного карамели, потом запоздалый хвост вкуса, травяной, но почти смолистый.

— Занятно, — я сделала второй глоток, — думала, лагерь повстанцев окажется вдали от поселений, в глухом лесу или посреди болота.

— Может, летом они так и живут, — Клэр отломила кусок хлеба. — Помнишь, как на вокзале пели эти мене… минине…

— Миннезингеры или мейстерзингеры. Так здесь называют странствующих бардов.

— Во-во, эти самые свистуны. «Наш ковер — цветочная поляна, наши стены — сосны-великаны». Летом-то и на поляне можно, а зимой ты как в лесу или на болоте проживёшь? Если греться от огня, как от печки дымоход ни мудри, в ясный день издалека заметят. Не дымить — быстро все перемерзнут, заболеют и передохнут. Опять же, вопрос жратвы. Вы-то в своем лесу житуху наладили, с вертикальными садами, грибами, мёдом и прочей съедобной плесенью, а людям земля нужна, пахать и сеять. В лесу или на болоте не очень выходит, а жрать каждый день охота. Летом из тех же деревень припас носят, а зимой по снегу таскать опасно, следы слишком заметные. Так что как серого волка или серого зайца из себя не корчи, а с холодами к теплу тянешься, под крышу.

— А воевать?

— Зимой никто не воюет! — авторитетно заявила Клэр. — Армия тоже расползается на «зимние квартиры» — по казармам или так же, «на постой». А на всяких там передовых фортах и прочих блокгаузах гарнизоны лишний раз носа за ворота не кажут. Универсальное правило, что в южных колониях в сезон дождей, что здесь.

Мысль об универсальности правила утешала. Лично мне совершенно не хотелось воевать. Хотелось домой, в Лес… или хотя бы в Клавдиум, где тепло и есть печеньки с чаем.

Сделав еще глоток, я поставила кружку перед собой. Помимо прочего, пиво — это еще и калории с витаминами. Особо ценные в условиях, когда значительная часть прочей пищи вызывает отвращение на этапе осмотра. Удивительно, как полуэльфы умудряются её поглощать. И если Клэр едва ковырялась ложкой в миске, с видимым трудом сдерживая отвращение, то Марко поглощал «кафку грефневую», словно бы она ему и впрямь нравилась. При этом, — я оглянулась на дальний конец стола, — еще и умудрялся разговаривать с сидящим во главе стола местным вожаком повстанцев, ихмлостью Юзефом. Предводитель «Серых Зайчат» грыз щедро посыпанный солью и специями шмат обугленной говядины, запивал из массивной серебряной чаши самогоном, периодически выжимая прямо в неё же свои длинные и лихо подкрученные усы. При этом, несмотря на жару и духоту, он сидел в красном шелковом жупане, и единственная уступка температурному балансу заключалась в расстегнутом вороте.