Книга Следователь по особо важным… телам 18+. Том 2, страница 20 – Игорь Некрасов

— Я не краснею, — возразил я, чувствуя, как горят кончики ушей.

— Конечно-конечно, — Оля подмигнула Сафире. — Это просто освещение такое.

Следующие несколько раундов прошли спокойно и без излишней пошлости. Но… на третьем круге карты будто сговорились.

Оля выбрала меня и с азартной улыбкой показала две карты: «Нижнюю губу» и «Легонько прикусить».

Затем она прочитала вслух — и повернулась ко мне без тени смущения, и негромко сказала:

— Ну, иди сюда, сосед…

Нижняя губа, — пронеслось в голове. — Это почти поцелуй. Нет, не почти. Это и есть поцелуй! Просто под другим названием… Чёрт, Лапин, неужели ты позволишь замужней женщине прикоснуться губами к твоим губам? А потом снова будешь делать вид, что это просто игра?

Оля в момент моих размышлений уже начала действовать.

Она наклонилась — медленно, плавно, как в замедленной съёмке, и воздух между нами тут же стал густым и тёплым. Её глаза оказались совсем близко: зелёные, с золотистыми крапинками вокруг зрачков, с длинными ресницами, которые чуть подрагивали. От неё приятно пахло — тем самым, что я почувствовал ещё утром в лифте.

Задержав дыхание и глядя мне прямо в глаза, она еще немного приблизилась и прикусила мою нижнюю губу. Легонько. Едва касаясь зубами. На долгих пять секунд.

Я старался не двигаться, пока её губы сжимали мою — мягко, влажно, почти невесомо. Дыхание касалось щеки — тёплое, волнующее. А потом она сама еще чуть подалась вперёд, и я во всей мере ощутил полноту её губ — тех самых, которые ещё вчера кричали за стеной «ещё, ещё».

— Вре-е… мя, — объявила Сафира с некоторой паузой, и Оля медленно отстранилась и открыла глаза.

В них плескалось что-то новое — не просто азарт, не просто игра, а то самое, что я и боялся увидеть. Или, наоборот… надеялся. Я так и не понял этого до конца. Но сердце явно стучало быстрее обычного, и виски тут был совсем ни при чём.

После «кусания моих губ» Оля ничего не сказала. Не рассмеялась, не отпустила шутку, как обычно. Просто села обратно, поправила волосы и потянулась к стакану. Будто ничего и не было, и только румянец на щеках стал чуть гуще, да пальцы, сжимавшие бокал, чуть заметно дрожали.

Она сделала глоток — долгий, медленный — и уставилась куда-то в сторону кухни, явно думая о чём-то своём. Я тоже промолчал. Комментировать было нечего. Вернее, комментировать можно было многое, но я не рискнул.

Вскоре затянувшуюся паузу решила нарушить Сафира. Она потянулась к колодам и, хлопнув в ладоши, нетерпеливо произнесла:

— Так! Давайте играть дальше. Следующая я…

Сафира выбрала Олю и вытянула карты. Перевернула — сначала одну, потом вторую — и объявила с торжествующей улыбкой:

— «Грудь» и «Погладить»! Оль, а ну-ка иди-ка сюда.

Оля усмехнулась, поднялась с дивана и уже шагнула к подруге, но Сафира вдруг остановила её, нахмурившись и вертя карту в руках:

— Подожди. А как гладить-то? По майке? Или под ней? Тут ведь не написано.

— Ну, обычно такие игры подразумевают прямой контакт, — Оля хитро прищурилась и упёрла руки в бока. — Гладить грудь через майку — это как целоваться через пакет. Вроде и контакт есть, а всё не то.

Они переглянулись, и Сафира вдруг махнула рукой, выпалив:

— Ой, да пох уж! Давай по-быстрому это сделаем и продолжим, а то мне жуть как интересно, с кем потом захочет сыграть наш Илюшка.