Книга Следователь по особо важным… телам 18+. Том 2, страница 68 – Игорь Некрасов

— Здравствуйте! Это полиция! — выпалил я и постучал в дверь костяшками пальцев — громко, требовательно. — Откройте дверь!

В ответ лишь тишина.

Чёрт возьми, как же это жутко, — пронеслось в голове. — Я, конечно, за свою жизнь насмотрелся многого — и трупов, и мест преступлений, и всякого такого, от чего обычный человек поседел бы на месте. Но вот такие моменты, когда вроде бы ничего не происходит, но что-то явно не так, — они всегда действовали на меня по-особенному. Фантазия сама начинала дорисовывать то, чего нет. И от этого становилось по-настоящему жутко.

Хотя, если смотреть на это простым, трезвым взглядом, в доме просто кто-то есть. Кто-то, кто не хочет открывать. И это, в общем-то, стабильность в нашем деле. Люди часто не хотят открывать полиции. Это нормально. Но что, если там происходит что-то серьёзное? Что, если кому-то нужна помощь? Во всяком случае, Евгений и Айна явно не просто так сюда приехали и явно не просто так ушли раздражёнными. А этот звук разбитой посуды…

Я снова постучал — на этот раз кулаком.

— Откройте дверь! Мы вас слышали! Это полиция! Откройте! — кричал я, но в ответ тишина.

Я посмотрел на Киру.

Она стояла чуть позади, держа телефон на вытянутой руке и снимая всё происходящее. Поймав мой взгляд и явно понимая моё замешательство, она просто пожала плечами — мол, сама не знаю, что происходит.

Я снова повернулся к двери, схватился за ручку и крикнул ещё громче:

— Э-эй! Мы знаем, что дома кто-то есть! Вам нужна помощь?

И в этот момент за дверью что-то зашуршало. Отчётливо. Так, что это услышал не только я, но и Кира.

— Там точно кто-то есть, — прошептала она, не опуская телефон. — Прямо за дверью.

Я выдохнул, чувствуя, как внутри закипает раздражение пополам с тревогой. Хватит. Надоело. Если там кто-то есть и он не открывает — у меня есть все основания войти.

Ударив ладонью по двери, я рявкнул так, что, наверное, было слышно на соседнем участке:

— Мы вас слышим! Сейчас же откройте дверь или я войду сам! — в ответ — ничего. Ни звука, ни шороха, ни движения. — Считаю до трёх! Раз!.. — я быстро взглянул на Киру. Она чуть нервно улыбнулась — той самой улыбкой, за которой пряталось напряжение, — и пожала плечами, не опуская телефон. — Два!.. Три!

Я вздохнул и дёрнул дверь, держась за ручку. Заперто. Ручка подалась совсем чуть-чуть, но дальше не шла — замок держал крепко.

Ну что ж, — пронеслось в голове. — Звук посуды, шорох за дверью, штора двигалась… Там точно кто-то есть. Надо открывать, может все-таки там наша пропавшая.

Отступив на полшага, я перехватил ручку поудобнее и со всей силы дёрнул дверь на себя. Раздался громкий треск — старая деревянная коробка затрещала, и дверь подалась, приоткрывшись на пару сантиметров. Я рванул ещё раз — на этот раз сильнее, вложив в рывок весь вес тела. Дверь с чудовищным, протяжным скрипом распахнулась, едва не слетев с петель. Пыль взметнулась в воздух, закружилась в солнечном свете, льющемся из открытого проёма.

Я замер на пороге, переводя дыхание, и вгляделся в темноту дома.

Кира тут же подошла ближе, всё ещё держа телефон на вытянутой руке и направляя объектив в тёмный проём. Но там было слишком темно — солнечный свет освещал только порог и кусок пола, а дальше всё тонуло в густом полумраке.