Книга Нас предупреждали, страница 136 – Челси Ичасо

Виктория лежит в постели и смотрит телевизор, который висит на противоположной стене. Там идет какое-то кулинарное шоу.

— Привет, – слабым голосом произносит она, пытаясь поднять изголовье кровати.

— Я помогу, – говорит Калеб, подходя и беря в руки пульт управления.

— Спасибо.

Мистер Уитлок закидывает на плечо сумку для ноутбука.

— Я спущусь в кафетерий, отвечу на пару писем по работе. Если ей что-нибудь понадобится, нажмите на кнопку. – Он закрывает за собой дверь, оставляя нас наедине с Викторией в холодной комнате, пропахшей антисептиком.

Подрегулировав изголовье, Калеб пододвигает к кровати пару стульев.

— Как ты сегодня? – спрашивает он.

Виктория натянуто улыбается:

— Признаков инфекции нет. Лекарства действуют.

Когда медики прибыли на заброшенную территорию курорта в ту ночь, Викторию тут же увезли на операцию. Какое-то время состояние ее оставалось критическим.

Калеб приехал навестить ее, как только ему разрешили, а я до сих пор воздерживалась. Я не могу винить Викторию в преступлениях ее родителей, но я сомневаюсь в ее абсолютной невиновности. Я не знала, что прочитаю в ее взгляде, когда наконец посмотрю ей в глаза.

Несмотря на то, что Виктория была явно шокирована, обнаружив своих мать и отчима под капюшонами в ту ночь, кое-что просто не сходится. Например, тот факт, что она была в кафе-мороженом с парнями в тот день, когда пропал телефон Калеба. Я была полностью сосредоточена на Джеймисоне, но Виктория с легкостью могла стащить телефон и отправить те сообщения.

А еще Виктория должна была оставить приоткрытой дверцу подпола, но не сделала этого.

Опять же, она заявляла, что ее преследовали убийцы, когда она упала на ту трубу в заброшках. Но на кой черт мистеру и миссис Нильсен преследовать своего собственного ребенка? И она единственная, кто получил ранение без свидетелей, – удобно, не правда ли?

У меня в голове имеется кое-какая теория на этот счет. По моим прикидкам, мистер и миссис Нильсен считали, что никто не станет их подозревать, если убийца погонится за их собственной дочерью, особенно если она в результате получит ранение. Плюс ко всему, если их когда-нибудь поймают, ее ранение вызовет сочувствие. Прямо как сейчас.

Я не вполне понимаю, как они планировали воплотить этот сценарий. Может, ее мать или отчим ткнули в нее трубой, но она проникла слишком глубоко? Наверное, мы никогда этого не узнаем.

И последняя маленькая деталь, которая свербит у меня в мозгу: Виктория сидела на крыльце, когда ее отчим – который, как мы думали, был без сознания, – встал и пошел на меня с ножом. Разумеется, она была тяжело ранена и находилась в полуобморочном состоянии, но глаза ее были открыты. Она могла предупредить меня. Но не предупредила.

Я знаю, что Виктория никогда лично не нападала ни на кого из нас. А возможностей у нее была куча. Но этот факт не рассеивает моих сомнений. Я все думаю о том, как она выкрикнула имя Джеймисона на развалинах. Она утверждает, что запаниковала, и ей просто показалось, что за ней кто-то гонится. Она предположила, что во всем виноват Джеймисон, потому что я вложила эту мысль ей в голову.

Сейчас она сидит, сложив руки поверх одеяла, и с выжидательным видом смотрит на нас.

— Ну как, сходили вчера в школу?

— Ага, – говорит Калеб, и я киваю.