Книга Заговор братства, страница 35 – Арно Штробель

— Проходите, пожалуйста. В доме прохладнее, чем здесь.

Фон Кайпен провел приехавших в большую гостиную и пригласил сесть. Жасмин внесла поднос со стаканами. Ее громадная грудь при каждом шаге угрожала задеть поднос и накрыть все напитки.

Геральд фон Зетлер взял холодный лимонад. Он спросил, куда отнесли их чемоданы. Толстяк явно нервничал, и пот по-прежнему лил с него градом.

— В чемодане мои лекарства. Я должен их принять, — объяснил он.

Фридрих сострадательно кивнул.

— Надеюсь, у вас нет ничего серьезного, господин фон Зетлер?

Толстяк не ответил.

Фридрих помедлил минуту, затем поднялся.

— Ваша комната на втором этаже, направо от лестницы. Вас проводить?

— Нет, — коротко сказал фон Зетлер и покинул комнату.

Фридрих снова сел и посмотрел на Курта Шоллера.

— Он серьезно болен?

Шоллер улыбнулся.

— Все толстые старые мужчины серьезно больны, господин фон Кайпен.

Фридрих решил обострить ситуацию:

— Звучит так, будто вам его совсем не жалко.

Шоллер взял лимонад и с удовольствием отпил большой глоток. Потом поглядел на хозяина.

— Подождите, господин фон Кайпен. Скоро вы узнаете, зачем он здесь, и уж вам-то точно не будет его жалко. Готов держать пари, что так и случится.

Фридрих слегка наклонился вперед.

— Что вы имеете в виду?

Улыбка стала еще шире.

— Я здесь не в отпуске. Все остальное вы вскоре услышите от господина фон Зетлера.

Итак, предчувствие его, как всегда, не обмануло. Геральд приехал в Кимберли, чтобы устроить им неприятности.

Герман говорил, что его кузен о братстве ничего не знает. Значит, речь могла идти только о деньгах и недвижимости и о том, что единственным наследником объявлен фон Кайпен.

Как будто желая подтвердить мысли Фридриха, Геральд снова вошел в комнату. Видимо, свое лекарство он принял.

— Господин фон Кайпен, я не сторонник длинных разговоров. Хочу сразу объяснить вам, почему я приехал сюда и привез с собой адвоката. Я хотел бы сначала узнать, каково наследство Германа. Затем я хочу видеть его завещание. Мне кажется очень странным, что вам оставили все состояние семьи фон Зетлер.

Он сел в кресло и посмотрел в глаза Фридриху. Тот дружелюбно улыбнулся.

— Господин фон Зетлер, Герман оставил вам какую-то сумму. Деньги лежат в запечатанном конверте, и я тотчас принесу его вам. Разумеется, посмотреть завещание вы можете. Вы имеете на это полное право. То, что Герман оставил мне состояние семьи, не так странно, как вам кажется. Я живу здесь с четырнадцати лет и стал Герману сыном, которого у него никогда не было. Уже несколько лет я с успехом управляю имуществом и предприятием, а для Германа было важно, чтобы дело продолжало процветать. Хотя вы являетесь его родственником, связи между вами практически не было. Учитывая все эти факты, его решение сделать меня наследником не кажется странным, а является логичным. Вы не находите?

Фон Зетлер покачал головой, и его мясистые щеки качнулись при этом в разные стороны.

— Нет, господин фон Кайпен, не нахожу. Скажу вам сразу, я этому не верю. Незадолго до смерти Герман писал мне и назвал вас в письме своим приемным сыном. Это верно. Однако он писал и о том, что ему так плохо, что иногда у него возникает чувство, что боли сведут его с ума. Письмо было очень личным, и он, конечно же, никогда бы не написал его, если бы не хотел перед лицом смерти возобновить прерванные родственные отношения. Кто знает, может быть, вы использовали момент его душевной слабости для того, чтобы подсунуть ему завещание, в котором он объявлял вас своим единственным наследником. А может быть, он действительно был не в себе…