Книга ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I, страница 16 – Дин Констаповски

Сырость подвала била прямо в нос. Стены будто сжимались. А тревога всё росла и становилась тяжелее.

Время внутри укрытия было вечностью для них.

* * *

Вскоре Элизабет вывели из жилища.

Дверь громко захлопнулась, ещё с несколько мгновений оставляя за собой резонирующее чувство тревоги.

Подросткам удалось открыть люк, поскольку ковёр был не тяжёл. Аккуратно, они выбрались, посмотрев друг на друга в плавающем свете свечей.

— Нам нужно переодеться, — отметила Фэйрис, начав снимать кеды. — Хотя бы, чтобы нас не заметили сразу.

— Да, ты права, — согласился Адам, снимая с себя одежду и обувь, цепляя тряпичные одеяния поверх.

Он, как джентльмен, отвернулся от подруги, но в плавающем свете свечей украдкой скользнул взглядом по её обнажённым плечам и пояснице, когда та снимала футболку. В этот момент, видя её вздрагивающую от холода кожу, он как никогда остро осознал, насколько они хрупкие и чужие в этом жестоком мире.

Единственное, что Фэйрис не смогла скрыть, так это пепельные волосы.

— Что будем делать? Где мы вообще? — задала она вопрос.

— Я не знаю. Но точно нужно выбираться. Не хочу признавать, но кажется, мы не дома…

— Ты хотел сказать, что мы в прошлом? — отбросила она скепсис.

— Безумие, да? Те байки про старика в лесу были правдой… — нервно улыбнулся Адам, выглянув в небольшое окно. — Фэйрис…

— Чего?

— А что с твоими волосами? Тебя сразу заметят.

Наступил миг молчания, прежде чем пришёл ответ. Её взгляд устремился к печи.

— Выкрашу в саже и придумаю платок на голову, — проговорила она с тяжестью в голосе. — Как думаешь, эту женщину казнят?

Он промолчал, смотря как толпы на улице становится всё больше.

— О чёрт, — вбросил в тишину Адам.

— Что?

— Я вижу Петро.

— О боже… Куда они его ведут? — прошептала она, подойдя и вцепившись побелевшими пальцами в подоконник.

— Наверное в тюрьму.

По грязной улице, освещённой лишь неровным светом факелов, двое здоровенных стражников инквизиции волокли Петро. От его привычной подростковой дерзости не осталось и следа. Он спотыкался о камни, а его современная одежда, казавшаяся здесь нелепой и вызывающей, была насквозь перепачкана. Один из конвоиров грубо ткнул его в спину тяжёлым дулом мушкета, заставив парня покачнуться и едва не упасть в вязкую грязь. Бедняга что-то кричал, пытаясь вырваться, но за гулом разъярённой толпы и архаичными выкриками невозможно было разобрать ни слова.

Сам Эктабон уже не был полноценным городом. Он был застроен в особенности деревянными хижинами. В редких случаях тут были каменные здания. Выделялась одно броское сооружение — будущая колокольня, которая была в процессе постройки.

На платформу, где стояли уже готовые виселицы, привели троих осуждённых женщин. Среди них не было той — Элизабет.

Фэйрис и Адам наблюдали за процессом суда, ничего, кроме гула не слыша. Затаили дыхание. Их сердца били в едином, тревожном такте. Ребята не могли и пошевелиться — охватил ужас.

Затем это свершилось.

Один из законников выстрелил в воздух, отдавая негласный приказ тянуть рычаг. Опоры с треском ушли из-под ног осуждённых.

Фэйрис резко упала на пол и облокотилась о стену спиной, смотря в пустоту. По её щеке прошлась слеза от собственного бессилия в этом месте.

— Эй, мы выберемся отсюда, Фэйри, — обнадёжил парень, присевший рядом с ней.