Книга ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I, страница 167 – Дин Констаповски

Только потом Эрик понял, что вокруг него много крови. А полу лежит сам лорд Бенджамин Эктабон, который был для него не более чем фигурой из истории.

— Боже… — он приблизился к лорду, тот был ещё жив. Из его рта шла тёмная кровь. Он держался за ножевую рану в груди. — В-вы… — Эрик оторопел, не мог и слова сказать.

— Т-ты… — прохрипел лорд, кашляя кровью.

— Вы видели их? Юных девушку и парня? Они были тут?

Лорд, казалось, уже никуда не смотрел. Взгляд опустел, а зрачки затмили радужку. Лицо побледнело.

— Там… — лорд медленно кивнул в сторону гобелена.

Эрик не мог перестать мотать головой от гобелена, до двери в кабинет. С одной стороны громко стучат и кричат, с другой сильный ливень с грозой. Он ничего не сказал лорду: просто потому что не знал, что мог сказать. Он только лишь кивнул умирающему мужчине.

— Останови… его… Мальчик в той комнате… Он мой сын. Забери его… Иначе Шарлон убьёт его… — На последних словах лорд закрыл глаза. По его бледному лицу протекла одинокая слеза. Он перестал дышать.

Эрик крепче обхватил рукоять револьвера и зашёл за гобелен.

* * *

«21:41»

Фэйрис прижалась спиной к стене вместе с Адамом. Его тело уже обмякло, он был не здесь, а где-то там. Она обхватила его, не в силах унять собственную дрожь.

— Эрик, где же ты?.. — прошептала она, надеясь, что он поможет ей выбраться с Адамом. — Держись, Адам. Умоляю, только держись… — повторяла она, глядя в его лицо и крепко зажимая ему рану на животе ладонью.

Каждый раз, как гремела гроза, Фэйрис вздрагивала, ведь вспышка света, проникающая в окна люкарн вырисовывала зловещие силуэты. Понимая, что преподобный где-то рядом, страх усиливался вдвойне.

— Фэй… — прохрипел едва слышно парень, не в силах открыть глаза. — Фэй… — всё повторял он. — Мне… Мне холодно.

— Потерпи, пожалуйста. Эрик успеет. Помнишь, как мы… как мы шутили про пришельцев? На берегу реки. Помнишь? — пыталась хоть как-то его удержать Фэйрис. — Теперь пришельцы, это мы… в этом времени. З-забавно, п-правда?.. — её голос дрогнул.

— Фэй… Я… — хрипел что-то он, но у него уже пропал голос. Лицо было холодным. Руки как лёд. Только лишь кровь была ещё тёплой.

— Говори со мной, Адам. Я прошу тебя, — сказала она, и в этот момент уже не смогла остановить слёзы.

— Фэй… — прошептал он, приоткрывая глаза. В них уже не было света, только чёрная пустота. — Ты… ты странная…

Уголки его губ дрогнули в слабой улыбке. А затем его глаза закрылись.

Послышались шаги. Это был преподобный.

* * *

«21:42»

Сначала он услышал её голос. Тихий, надломленный, сдавшийся, почти шёпот. Эрик замер на мгновение, пытаясь понять, откуда он доносится. А затем понял — Фэйрис плакала. И в этом плаче было что-то, от чего кровь застыла в жилах, от чего по коже проходил озноб. Она плакала не от страха. Она плакала от потери. Эрик рванул вперёд, держа револьвер наготове — преподобный Олдри был где-то тут, в полной тьме.

— Фэйрис? — шептал Эрик, заходя за старые сундуки. Он увидел её сидящей у стены с умирающим Адамом на руках.

— Эрик?.. — отозвалась она.

Он подошёл ближе, глядя то на неё, то на Адама.

— Нам нужно уходить отсюда.

— Я не могу его бросить.

— Мы не можем ему ничем помочь.

— Я хочу остаться с ним.

— Послушай меня, Фэй, — Эрик приблизился. — Адам хотел бы, чтобы ты спаслась. Мы не сможем его увести с собой. За нами идут гвардейцы и преподобный.