Книга ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I, страница 58 – Дин Констаповски

Дом номер 12 стоял прямо перед ним.

Детектив вытащил револьвер и осмотрительно подошёл к порогу дома, аккуратно посмотрев через окно. Темнота. Солнце отражалось в окнах. Затем прислонил ухо к двери, вслушиваясь.

— Попался, ублюдок, — прохрипел он тихо и сделал шаг назад. Посмотрел на дверную ручку, попробовал открыть: неудачно. Затем вдарил по той с ноги и ворвался в дом.

Прицельно держа револьвер на уровне глаз, он резко вышел в гостиную.

«Ни с места!» — хотел крикнуть он, но внутри было пусто. На журнальном столике стояла вскрытая банка консервов.

Аккуратно, он прошёлся по всему дому: уборной, спальне, кухне. Везде распахивал двери, ожидая увидеть похитителя или… маньяка?

В гостиной, на диване, он заметил кое-что. Убрав револьвер в кобуру, взял с поверхности мебельного чехла мелкую, непонятную вещь размером около сантиметра. Гладкая. По ощущениям, как мягкая резина. Полупрозрачная. Куполообразная… насадка на что-то?

С улицы послышался звук сирен. Гловер обернулся.

* * *

«12:06»

«Городской морг Эктабона»

Клара вошла в стерильное помещение морга, где её ожидал сержант, почёсывая затылок за фуражкой. Поправляя галстук-платок, она огляделась вокруг. Коридор был без окон. Где-то стояли пустые скамейки.

— Что там, сержант? — подошла к нему она. Рядом стоял мед-работник в белом халате и очках, невысокий, со старческой лысиной.

— Чейз прислал? — посмотрел он на неё.

— Да.

— Ну понятно всё с ним. Ладно, пойдём.

Они стояли у железной двери на большом, старом и широком засове.

— Открой, Пит. Покажем ей.

— Да-к видели ж уже, — Пит говорил с иностранным, азиатским акцентом.

— Да нас потом детектив один не оставит в покое. Давай на минуту.

— Ну хорошо, хорошо. Заходите. Только ненадолго, сэр. У меня ещё работа с несколькими телами.

— Даже не буду спрашивать, о какой работе идёт речь, — подколол его сержант.

Пит открыл засов и впустил полицейских внутрь.

Яркий холодный свет ослепил их. Мед-работник, выглядящий как чудик, Пит, открыл одну из морозильных камер, коих в этом помещении было около тридцати.

— О боги… — схватился тот за голову. — К-как такое возможно? Сэр? Вы видите это? — Пит выкатил поднос.

— Матерь божья… — сержант раскрыл глаза по шире, не веря своим глазам.

— Что там, сержант?.. — спросила Клара, подходя ближе, потирая плечи от холода.

В воздухе нависла атмосфера неизвестности и мистики. А уж когда Клара подошла ближе, то всё приняло куда более мрачный оборот.

На вытащенном подносе из камеры, был не труп. Ни намёка. Но на нём словно по всему покрытию лежала грязь. Вода и тёмная субстанция, похожая на чёрный песок или смоченный пепел.

— Что это? — девушка-констебль отступила в сторону.

Сержант посмотрел на неё. Было видно, как в его тёмных глазах промелькнуло состояние потерянности. Он и слова выдавить не мог. Все трое думали лишь о том, где тело. Тело того старика из гостиничного пятого номера.

Фэйрис часто вспоминала лето 1980-го. Это было начало всего. Начало её пути. Другие года ничем не отличались, разве что были солнечными и тёплыми во всех смыслах. Тогда ей и Адаму было всего по пятнадцать. Лучшие друзья на века. Они были неразлучны никогда. Всегда рядом — даже если не физически, то ментально, духовно!

Были и трудности, которые нынче несравнимы с теми, которые выпали ей на плечи в сентябре 1980-го. Но она по прежнему помнит те дни, в особенности, проведённые вместе с Адамом. Один из подобных пришёлся на тот, когда они оба шли по железнодорожным путям в лесах Эктабона.