Книга Заставь меня Не любить. Исповедь, страница 111 – Маргарита Климова

Накануне развода Никос пришёл в дом Ростовских, где под охраной знакомых Стаса мы жили последнее время. Думала, что он будет уговаривать одуматься, не рушить такой удачный брак, но Ник меня буквально ввёл в шок, опустившись на колени и уткнувшись лбом в живот.

— Прости, я подвёл вас, подставил тебя и сына под удар, ослеплённый вспыхнувшими чувствами, допустил покушение, подверг опасности свою семью.

— Ты…

— Я нашёл его, и он подтвердил твои слова, — с надрывом протянул, задрав голову и впившись болезненным взглядом. Что-то в нём было невменяемое, надломленное, разочарованное. — Знаешь, нас очень тщательно проверяют на службе. Здоровье, психическое состояние, физическая форма. Да мы тестов проходим больше, чем космонавты, а тут… Не знаю, как я и система смогли не заметить и пропустить болезнь.

— Что с ним? — качнулась, отстраняясь и отходя к столу. Мне нужно было на чего-нибудь облокотиться, почувствовать опору, присесть, в конце концов. Снова ощутила в себе первозданный страх, проникающий в каждую каплю крови. Фантомный дым заполнил лёгкие, парализуя и вталкивая в паническое состояние.

— Ира, он больше не причинит вам вреда. Никому не причинит. Давай, дыши. Ты дома, в безопасности.

Ник крепко прижимал к себе, растирая спину и шепча успокаивающие слова. Позволила себе окунуться в тихие воды его голоса и утонуть в прозрачных глазах. Стало легче дышать, фразы медленно просачивались в сердце, замедляя его истеричный бег. Мы в безопасности. До Алёши никто не доберётся.

— Кофе будешь? — предложила, как только взяла себя в руки.

— Не откажусь, если сваришь, — кивнул, располагаясь за столом. — Забыл уже, как вкусно у тебя получается.

Разлила горьковатый напиток по чашкам, достала из холодильника пирог, приготовленный Наткой в виде эксперимента с новыми вкусами. Под открытие кондитерской подруга решила расширить ассортимент. Скучно было ей сидеть дома и не участвовать в рабочей суматохе, но тут Стас смог настоять, ограничив рамки энергичности жены.

— Разрешишь мне общаться с Алексом? — спросил Ник, нервно крутя тарелку по столешнице.

— Между тобой и сыном ничего не изменится, — коснулась его ладони своей, останавливая непроизвольные, хаотичные движения. — Лёша всегда будет в вашей жизни. Как он без папы и бабушки с дедушкой?

— Спасибо, и прости за всё, — перехватил руку и поднёс к лицу, прижимаясь щекой и прикрывая глаза. — Я, действительно старался. Мне жаль, что плохо.

— Ник… — попыталась его остановить. Не хотела слушать очередной пакет сожалений и извинений.

— Не перебивай, Ира. Дай сказать. Свои вещи я забрал. Дом остаётся тебе и Алексу. Только не отказывайся. Мне он не нужен.

Кивнула, не в силах издать ни звука. Я любила наши стены, наш сад. Привыкла к каждой мелочи, к каждой вещице.

— У меня к тебе просьба. Можно мне завтра провести весь день с сыном? После развода я улетаю на несколько месяцев, хочу попрощаться.

— Конечно, — выдохнула, с трудом сдержав слёзы. Была готова к окончательному разрыву, но только сейчас поняла, что это конец, что сейчас мы ставим жирную точку. — Можешь забрать его на сутки.

Никос исчез через два дня. Завёз документы на дом, приправил расставание цветами, оставил Лёшке свой навороченный ноутбук и с нежностью коснулся губами моих губ на прощание. Конечно, наше общение с его отъездом не кончилось. Почти каждый вечер Ник болтал по видеосвязи с сыном, и почти каждое утро я получала от него сообщение с пожеланием хорошего дня.