Книга Заставь меня Не любить. Исповедь, страница 2 – Маргарита Климова

— Забери дом, бабушкину квартиру, украшения, деньги со счёта, но не отправляй папу в камеру, — добралась на коленях до него и вцепилась в руку, тянущуюся к ручке, чтобы выпроводить меня из кабинета.

— Ваши копейки не покроют и десятой части сворованного, — отмахнулся, делая шаг в сторону и стряхивая с рукава пиджака невидимую грязь. — Не в моих принципах заниматься благотворительностью.

— Я отработаю. Буду всю жизнь расплачиваться с тобой, только не губи отца, — взмолилась, снова подползая вплотную. — У меня никого нет кроме него. Прошу, не забирай папу.

— Где ты собираешься столько заработать? — не удержался от хохота Игнат, брезгливо пройдясь взглядом по моей ссутулившейся фигуре. — Проституция? Продажа органов? Что может заработать искусствовед, только окончивший институт? Самой-то не смешно, Ира?

Замотала головой. Мне было не до смеха. Знала, что если не уберегу папу от тюрьмы, то потеряю единственного родного человека. Проституция. Продажа органов. Что угодно, лишь бы не допустить незаслуженной расправы над отцом.

— Я готова на всё, Игнат, — опустила голову, заранее смиряясь с его требованиями. — Всё, что ты запросишь.

На тот момент не задумывалась, через какие испытания придётся пройти. Спустя два года после сегодняшней унизительной встречи, я смотрела на своего мужа и пыталась ответить на один единственный вопрос. Куда делся тот беззаботный парень, подтрунивающий надо мной во время семейных ужинов, на которые нас всегда приглашала чета Немцовых? Где потерялся добрый мальчишка, прикладывающий мне подорожник на разбитую коленку? Как и когда мой мажорчик, моя тайная любовь превратился в жестокого монстра, не ценящего человеческую жизнь, ломающего судьбы, растаптывающего прошлое, не оставляя надежду на будущее?

— Уверена, Ира? — в его взгляде появились отблески заинтересованности. — На всё, что потребую?

— На всё, Игнат, — кивнула, почувствовав поднимающуюся надежду в разрешение конфликта.

— Хорошо, — жёстко схватил пальцами за подбородок, задирая голову и торжествуя над полученным смирением в моих глазах. — Поднимайся. Обсудим условия сделки.

Он вернулся к столу, откинулся на спинку кресла и задумчиво принялся разглядывать ладони, сцепив их в замок. Незаметно выдохнула тяжёлый воздух, поднялась и, стараясь не стучать каблуками, прошла к своему стулу. Ну что он потребует? Надеялась, что вполне приличные отношения в прошлом и совместные, новогодние каникулы, проведённые в особняке Немцовых в детстве, смягчат решение в отношении меня. Надеялась… Зря… Нельзя рассчитывать на жалость и моральную щедрость от человека, забывшего, что есть душа.

— Я не трону Алексея и вашу недвижимость, но ты переедешь ко мне, — тихо, но чётко, так чтобы каждое слово впивалось в мозг, произнёс Игнат. — На год ты отказываешься от контактов с друзьями и родными, отказываешься от своей личности, забываешь о наличии гордости, достоинства и чести. Ирина Светлова остаётся в этом кабинете, а отсюда выходит моя послушная зверушка, не имеющая права голоса и живущая моими интересами. Беспрекословное подчинение, отсутствие возражений, строжайший запрет на сопротивление. Готова ради спасения отца продаться в рабство?

Формулировка прозвучала грязно и низко. Никогда не считала себя ханжой и старалась не осуждать наклонности сторонних. Знала, что в клубах по интересам приветствуются такие отношения, а некоторые привносят их в личную жизнь. Но меня такие развлечения не трогали. Пусть удовлетворяются в стороне. Но сейчас я резко вошла в ступор, когда Игнат примерил сей костюмчик на меня.