Книга Снова будешь моей. Мой Консерватор, страница 17 – Лина Коваль

Далее, подозреваю, я вырубилась под действием укола. По крайней мере, я совершенно не могу отыскать в закоулках памяти, когда именно семейный врач покинул квартиру.

И вот сейчас, я лежу в своей кровати, в своей квартире, которую подарил мне отец на совершеннолетие. Со своим бывшим мужем. Человеком, который три года назад, во время очередной семейной ссоры на мою брошенную в порыве неконтролируемой ярости фразу "Давай разведемся" спокойно окинул меня взглядом и выдал:

— Ты знаешь, я думаю ты права, на одном сексе далеко не уедешь.

Его голос оставался спокойным, но в глазах... был потухший огонь. И сплошное горькое разочарование. Во мне. В нас.

Андрей перевез свои вещи на следующий же день, пока я была у родителей. Словно хотел наглядно показать, что его решение обмену и возврату не подлежит.

Всю недолгую семейную жизнь при каждой долбанной истерике я выплевывала слова о разводе. Сначала это была манипуляция маленькой девочки, чтобы заставить его сделать так, как хочу я. Чтобы он наконец-то обратил на меня внимание. Спустя время бросала эти мысли уже просто по привычке. Я никогда не умела вовремя останавливаться...

Фигура за спиной напряглась, воздух в спальне наэлектризовался до предельного уровня. Я знаю, что он проснулся, обшаривающий взгляд плавит моё тело даже сквозь одеяло и вчерашнюю одежду.

Понимаю, что должна вышвырнуть его из своей спальни. Он сам принял решение уйти. Я не стала его умолять, закусив губы до крови я сдержалась. Только один раз спустя неделю после его ухода, не выдержав, выпив предварительно полбутылки просекко, написала ему всего одно унизительное смс:

"Не уходи"

Всего 2 слова. Но смысл понятен даже тупому.

Он не ответил.

Знаю, что с Андреем разговаривал отец. В то время все вокруг смотрели на меня с жалостью. Разбиваясь на осколки, до боли скучая по его рукам и губам, я терпела жалостливые взгляды своих близких. Я чувствовала, что все винили меня в этом разводе. Но самое страшное, что я сама себя винила...

Не оборачиваясь на него, встаю с кровати и пошатываясь иду в сторону выхода из спальни. Мне нужно в душ. Хотя... какого черта я должна молчать?

Резко развернувшись, упираю руки в бока. То, как его крепкое тело смотрится в моей кровати - давно забытая картинка из прошлого. Громов рассматривает меня из-под опущенных ресниц, ответным взглядом шарю по его телу, упакованному в одни джинсы. Мои глаза останавливаются в районе раздутой ширинки, поднимаются выше. Хочется потрогать его кубики на животе. Нервно сжимая руки в кулаки, чётко проговариваю:

— Долго собираешься тут лежать? Я благодарна за то, что не оставил умирать, но сейчас хочу, чтобы ты ушёл. Захлопни за собой дверь, пожалуйста.

Не дожидаясь ответа, прохожу в ванную. Горячие капли воды помогают успокоить раскаленные внутренности. Я научилась жить без него. Я постаралась сделать вид, что Андрея Громова вообще никогда не было. У меня уже были практически полноценные отношения с другим мужчиной. Зачем он снова появился? Упираюсь лбом во влажный кафель. Уфф.

Мягкое полотенце с запахом дорогого кондиционера для белья помогает восстановить внутреннее спокойствие, а любимый ванильный крем для тела завершает утренний ритуал.

Все надежды на то, что этот наглый человек покинул помещение рушатся, когда накинув свой любимый домашний шёлковый халат, выхожу из ванной.