Книга Снова будешь моей. Мой Консерватор, страница 83 – Лина Коваль

Бегу в этот дом, но не могу понять зачем... Зачем мне туда? Что я вообще здесь делаю?

Забежав внутрь, пересекаю просторный холл с высокими потолками и открываю дверь в ближайшую комнату. Там пусто. Нет ничего. Захожу в следующую – снова пустота. Бегу еще к одной резной двери, толкаю её и замираю. Снова ни одной живой души.

Боже! Под грудью свербит от потребности найти то, зачем я здесь. Как только стараюсь сфокусироваться на объекте поиска, сознание ускальзывает и ведет дальше...

Просто гигантское светлое помещение... Ни мебели, ни вещей. Вообще никакого напоминания о людях. Одни деревянные окна и двери... И много-много слепящего света со всех сторон. Стены и потолки ровно отштукатурены. На полу обшарпанный светлый паркет, который неплохо было бы отреставрировать.

Пустынно. Холодно. Страшно. Боязно обнимаю себя и грею ладошками предплечья. Губы дрожат от ужаса.

Резко, шлепая голыми пятками по паркету, взлетаю по старой винтовой лестнице, ведущей на второй этаж. Там проделываю всё то же самое, что и на первом.

Снова щемящая, доводящая до тошноты, пустота. Как в долбанном фильме ужасов.

Открыв последнюю дверь в дальней комнате, сипло вскрикиваю, прикрыв рот рукой. В центре помещения на вешалке, которая держится за массивную хрустальную люстру, качается мужской костюм. Черного цвета.

Единственное темное пятно в этом чужом доме. Как клякса на белом листке.

По инерции делаю пару шагов назад, озираясь вокруг. Картина мягко сказать жуткая.

Медленно подбираюсь к своей находке и жадно разглядываю бутоньерку из белых садовых роз на лацкане пиджака. Мгновенная догадка ошпаривает нутро. Дрожащими руками цепляюсь за пиджак и отчаянно вжимаюсь в него лицом.

В нос тут же ударяет аромат туалетной воды Андрея. Его запах, который я никогда не забуду и не спутаю. Он высечен на подкорке моего сознания, как рубец.

Андрей!

Вот кого я ищу! Где он? Он что... был здесь?

Укутавшись в огромный пиджак, как в пальто, подбегаю к открытому настежь окну. Вокруг дома только лес. Темный, плотный. С большими мохнатыми елями и низкими кустарниками. Ни дороги, ни каких-то других построек.

Сердце сжимается всё отчаяннее, из глаз непроизвольно брызгают слезы и я истошно пытаюсь кричать в пустоту:

— Андре-е-е-й! Андре-ее-й!

Хочется орать сильнее и громче, но не получается. Не выходит. Вместо крика удаётся лишь шепот.

Я так хочу ему помочь.

Собираюсь бежать обратно вниз, забраться в гущу леса, чтобы его отыскать. Но у меня нет на это физических сил. Ноги становятся ватными и кажется, что я падаю в пропасть. Лечу в неё со всем своим страхом и диким ужасом...

— Андрей! – пытаюсь прокричать в последний раз и вскрикнув, просыпаюсь на своей кровати. Волосы в беспорядке, пижама насквозь мокрая. Дыхание сбито.

Боже мой!

Взлетаю с подушки и тут же нащупываю под ней телефон, набирая его номер. На часах только девять утра.

— Да, - бодро отвечает Андрей со второго гудка.

— Ты где? – быстро спрашиваю.

— Еду с тренировки, - вкрадчиво проговаривает. - А что?

Закатываю глаза, тут же успокаиваясь. Вот я паникёрша. Всё с ним хорошо, слава богу. Воскресенье, нормальные люди спят вообще-то. Но Андрей Громов особенный!

— Ничего. – Быстро пытаюсь найти причину для звонка. – Просто хотела тебя услышать.

Он цокает.