Книга Конфетка для ковбоев, страница 79 – Ольга Дашкова

— С шерифом? Но зачем?

— Отдохни еще, утром он приедет и все расскажет.

— Рик, я не понимаю, что произошло? Я не маленькая, со мной не надо нянчиться и сидеть до утра. Я хорошо себя чувствую, это всего лишь обморок от жары и переутомления. Если ты что-то знаешь, что с моей матерью, то говори. Не надо ничего скрывать.

— Я, правда, ничего не знаю.

Кэндис убрала свою руку, встала, прошлась к кушетке, на которой стоял пакет с ее вещами. Начала выкладывать их, чтобы одеться.

— Куда ты собралась?

— Домой, не вижу смысла тут находиться, я прекрасно себя чувствую.

— Кэндис, надо остаться, не чуди, девочка, утром придет доктор.

— Что мне может сказать доктор? У меня ничего не болит. Со мной все хорошо.

Кэндис начал раздражать этот бессмысленный разговор, все начинало бесить, странное поведение Рика, визит шерифа, этот ее обморок, что выбил из колеи. Хотелось домой, а еще больше — к Шону и Лукасу. Вспомнила, что у них там невесты, сердце кольнуло, в горле встал ком, платье выпало из рук.

Рик оказался рядом, развернул ее к себе.

— Кэндис, что? Тебе плохо?

— Нет, нет, отпусти, я хочу уйти. Не надо меня опекать, я большая девочка. Справлялась всегда сама и сейчас справлюсь.

Но в глазах уже стояли слезы, Кэндис сама не понимала, откуда они, словно маленькая. Накинулась на Рика, будто он в чем-то виноват, а он только хочет помочь.

— Кэндис, успокойся, в твоем положении, — Рик берет девушку за руку, хочет успокоить, видит, как она нервничает.

— В каком положении?

Но Рик не успевает ей ответить, за дверью слышится шум, она резко открывается.

— Парни, я вам объясняю, сюда нельзя, только утром.

Медсестра пытается остановить братьев Паркеров, но они идут напролом, словно не замечая ее.

— Робертс, руки от нее убери, — громкий рык на всю палату.

Взгляд Шона не сулит ничего хорошего, он смотрит на руку девушки, что все еще держит Рик, но Кэндис сама ее убирает. Она так хотела к ним, и вот они пришли, оба, Шон, Лукас. Они здесь, а не с кем-то.

— Тебя не звали сюда, Паркер, можешь уходить. Можете уходить оба. Девушке надо отдохнуть.

— Что случилось, Кэндис?

Он словно не замечает Рика, подходит, осматривает девушку с ног до головы, на ней больничная сорочка, она такая маленькая, хрупкая, беззащитная, волосы выбились из заплетенной косы. Берет в ладони ее лицо, вглядывается в глаза, сердце щемит от переполняющих эмоций, как же он соскучился, безумно соскучился.

— Где болит? Кейт ничего не сказала, медсестра не пускала. Где болит, малышка?

— Паркер, тебе лучше уйти.

Рик так и стоит рядом, то, что он видит, ему не нравится, то, как Кэндис смотрит на Шона и на Лукаса, словно пришли ее спасители. То, как Шон трогает ее, все зашло слишком далеко. Эта связь не принесет Кэндис ничего, кроме боли.

— Уйдем мы, а ты останешься.

— Кэндис никуда не пойдет. С вами она точно никуда не пойдет.

— Лукас, уведи ее, — голос тихий, но грозный.

Кэндис чувствует, как нарастает напряжение между мужчинами, как они волками смотрят друг на друга. Неужели это все из-за нее, или это та старая вражда?

— Шон, не надо, пожалуйста, — она берет его за руку, он крепко сжимает ее ладонь и снова отпускает. — Лукас.

— Пойдем, малышка.

— Нет, Лукас, скажи ему, я не хочу…

Но Рик хватает Шона за рубашку, слышно, как трещат пуговицы, Кэндис вскрикивает.