Книга Охота на олигарха, страница 80 – Ольга Дашкова

Савельев хотел что-то ответить — как всегда нытье в свое и своей бездарной службы охраны оправдание, но мне позвонили.

— Да, Машенька, привет, как дела?

— Папа, что случилось?

— В каком смысле?

— Такой голос, «Машенька» да «как дела», мне это уже не нравится.

— Ты звонишь, чтоб отчитать меня? Но даже это приятно. Вы уже вернулись?

— Нет, через пару дней. Денис увлекся дайвингом, сказал, что это его последний нормальный отпуск, дальше он будет пахать не покладая рук на империю Дымова.

— Какой, оказывается, у меня умный зять, но что пулю получил, так это дурак.

— А не получил бы, так ты бы меня ему не отдал.

— Точно, не отдал бы.

— Люблю тебя, пока.

— До встречи, милая.

Мои дочери — самое важное и святое, что есть у меня, для них я сделаю все. Только ради них я не опустился после ухода жены, не спал ночами у их кроваток, менял Машке пеленки. Няни помогали, но это не то. Боялся как ненормальный за их жизни, старался проводить больше времени, таская с собой на переговоры и встречи. Но мысль о том, что я скоро могу еще раз стать отцом, для меня все еще слишком фантастична и нереальна.

— Приехали.

— Пойдем, раз приехали.

Охрана обступила меня как некую кинозвезду, в ресторане было совсем немноголюдно. Фима сидел у окна, пил кофе, при виде нас с Савельевым нервно поправил яркий шейный платок.

— Ефим Петрович, как отобедали?

— Х-х-хорошо.

Сажусь рядом, Макс ушел делать заказ, чтобы нашей приватной беседе никто не мешал.

— А расскажи мне, Фима, откуда ты взял продавца на тот ресторан, который ты мне предложил осенью?

— Так это, знакомый предложил, ну, ты знаешь, Владимир Сергеевич, у меня таких денег нет, я вот тебе, можно сказать, самое лучшее готов отдать.

Шустов ерзал на кресле, краснел, потел.

— Ты чего так нервничаешь? Или я помешал чему? У тебя свидание?

Приборов и посуды на столе было на одну персону, но скатерть напротив смята, а у небольшой вазы с живыми цветами лежали мужские часы. Посмотрел за Фимино плечо, через два столика сидел парень, склонив голову, копался в телефоне. Да, вот так и становишься неловким свидетелем чужих слабостей. Не думал, что Шустов гей, а еще спрашивал меня, трахаю ли я свою секретаршу.

— Так ты про Котова хотел знать?

— Да, рассказывай, — Ефим, конечно, странный, но уже черт с ним, у меня свой интерес.

— Года три назад познакомились, приличный мужик, симпатичный такой.

— Вот давай без впечатлений.

— Да, — Фима потер руки, вновь поправил платок, хотел оглянуться, но передумал. — Он приносил очень интересные антикварные вещи, книги старинные, керамику, была гравюра, я покупал — все по высокой цене, естественно. А в начале осени он мне предложил купить помещение почти в центре, старинный дом, отличная база для офиса — да для любого заведения, да еще с действующим рестораном. Цена меня удивила, хотел себе оставить, но тебе, Владимир Сергеевич, как мною глубокоуважаемому человеку, отдал от чистого сердца.

Вот же дерьмо какое этот Славка Котов, за спиной жены таскал антиквариат, который ему не принадлежал, естественно, а потом решил играть по-крупному: сорвать куш, зная, что Женя никуда не побежит, не станет заявлять в полицию.

— Заливаешь ты соловьем, Фима.

— Да вот тебе крест, — Шустов нелепо перекрестился, выпучил глаза.