Книга Молочная девочка, страница 12 – Ольга Дашкова

А потом он возьми и объяви, что по итогам курсов возьмет лучшего ученика к себе, даст рабочее место, а это такой шанс сделать первый шаг к мечте, о котором можно только мечтать.

Но Анисимова профукала свой шанс, и не видать ей ничего. Было обидно.

По пути попался киоск с мороженым, Лаура выбрала вафельный рожок с двумя шариками фисташкового мороженого. У нее стресс, ей необходима доза сладкого, как воздух, иначе можно заработать какую-нибудь болезнь. А все болезни, как говорят доктора, от стрессов. А Лауре это не нужно.

Немного самобичевания, а потом жалости, плюс вкусняшка и разговор с подругой должны были излечить сегодняшние моральные раны. Подруга позвонила как всегда вовремя, словно чувствовала настрой Лауры.

— И чего это вам не отдыхается?

— Так мы отдыхаем, второй день, а мы уже обгорели и устали.

— О, так это только второй, сейчас облезете и по новой обгорать.

— Лаур, что с голосом? – Светлана волновалась за верного «гнома», как при знакомстве назвал Анисимову Павел.

— Все отлично, мороженку ем.

— Ты же сказала: никакого сладкого?

— Да в жопу! Пусть модели худеют, у меня кость широкая, и вообще – все весы врут.

— Ты и так прекрасна, ты права, тем более в новом образе – такая куколка и конфетка. Как первый день занятий? Надеюсь, шеф проглотил язык, попробовав твою «Молочную девочку»?

Светочка специально сделала акцент на «девочке», сказав фразу томным голосом.

— О да, я навалилась на шефа всей массой и силой дала ему все попробовать.

— Серьезно?

— Да серьезней некуда.

— Лаур?

— Правда, упала на Корнеева, придавила, испачкала в креме, а до этого таксист, скотина такая, чуть в аварию не попал, торт упал, короче, «девочка» оказалась «бесформенной», а не «молочной».

— Вот это да!.. А как сама?

— Нормально, домой иду. Задание дали: изготовить «Канеле» по традиционному французскому рецепту.

— Это что?

— Я примерно представляю, но не готовила, пойду изучать рецепт.

— Так вроде вас учить должны?

— Это домашнее задание, завтра день французской кухни.

— Господи, как все сложно.

— Так, а вы там чего? Крестницу мне уже сделали? Передай Соколову, что если он будет плохо стараться, то бубенцы ему не нужны, а то отцовское ружье давно не стреляло.

— Вообще-то, я все слышу, – муж Светочки влез в разговор.

— И это прекрасно, Соколов. И, кстати, вопрос к тебе. У вас перед домом часто выкладывают цветы?

— В смысле?

— В смысле, может, кто помер?

— Не знаю, не было такого.

— Понятно, ну пока, молодожены. У меня здесь дела намечаются.

Лаура как раз дошла до дома, оказывается, если идти через дворы и парк от ресторана, то можно добраться без такси и автобуса. Девушка доела мороженое, остановилась, наблюдая, как щуплый парень в кепке выкладывает какие-то буквы на асфальте из красных гвоздик.

— Да твою же мать! – хотелось выругаться красивее, но вырвалось лишь это.

Неподалеку в теньке стояло с погнутым номером и треснутым бампером такси. А у подъезда его водитель на глазах у изумленных, возвращающихся домой соседей копошился под балконами, напевая под нос какую-то веселую мелодию.

Лаура подошла ближе, склонив голову, начала разгадывать ребус из гвоздик. Выходило, что было написано ЛАУР, а дальше половина буквы А.

— Богиня моя, ты вернулась! – мужчина стремительно оказался рядом, схватил руку девушки и припал к ней губами, царапая усами.