Книга Собственность Саида, страница 25 – Ольга Дашкова

Парень оборачивается, это не мой Ник, но от этого мне никак не легче. Потому что это я еще пару дней назад должна была лететь бизнес-классом на свой медовый месяц и вот так бессовестно у всех на виду целоваться со своим молодым мужем.

Это должна быть моя жизнь. Мой счастливый момент.

— У вас все в порядке? Вы тоже в Стамбул? Там, говорят, красиво, вы были там? У нас свадебное путешествие.

Им вообще пофиг, все ли у меня в порядке, они увлечены друг другом. Но как только я хочу прохрипеть хоть слово, появляется Саид. В его руке чашка с кофе, в губах черная сигарета, вишневый дым. Вижу по округленным глазам сладкой парочки замешательство и любопытство, они точно нечасто встречают таких персонажей.

С приходом Саида вопросов больше нет, они уходят в другой дальний угол, а меня уже душит вишневый дым и энергетика моего похитителя. Осматриваю зал ожидания: кроме нас и парочки молодоженов еще есть пожилая тетка в норковом манто и шляпке с черной вуалью. Этакая леди неопределенного возраста случайно перепутала эпохи. Интересно, какой повод ее понес в Стамбул в январе?

Я бы и дальше разглядывала тетку, но откуда-то послышался тихий вой. В углу Юсуф, разувшись, стоя коленями на цветастом коврике, молится своему богу. Театр абсурда. Совершать злодеяния, а потом так открыто молиться.

Бред.

Саид ни на кого не обращает внимания, что-то читает в телефоне, делает глубокую затяжку, выдыхая дым в потолок. И кто ему вообще разрешил здесь курить?

Вытерла мокрые щеки, надо дождаться, когда тетка пойдет в туалет, она должна помочь.

— Тебе никто не поможет. – Снова четыре слова, тихий голос, нет акцента, Саид даже не повернулся в мою сторону, затушил сигарету в пепельнице, закинув ногу на ногу, откинулся в кресле.

— Почему? – отвечаю, забыв про горло, хрипло, морщусь от боли.

— Я тебе уже объяснял, ты не тупая, но твои поступки говорят об обратном. Ты теперь моя, Да-а-арина, запомни это. Моя, пока мне не надоест. Моя вещь. Собственность. Моя сука, шлюха, рабыня, но твои выходки начинают надоедать. А это опасно для тебя.

Я понимаю, о чем он.

Хотя не должна, это дико, страшно. Да, мать твою, это нереально и так не должно быть!

Теперь он смотрит, обжигая взглядом, как каленым железом в лицо. А я, гордо подняв подбородок, смотрю на него. Все тот же уничтожающий взгляд, в нем плещется все еще непонятная для меня ненависть. Так фанатично ненавидят кровных врагов.

Саид Джалал много что сказал на свадьбе, я помню каждое его слово, каждое – как стук молотка по крышке моего гроба.

Я его собственность.

Собственность Саида.

Пока нему не надоест.

А что потом?

Меня, как сломанную куклу, просто выкинут в овраг? Или мое израненное, исполосованное шрамами тело отдадут в самый дешевый бордель Стамбула?

Нет, этому не бывать, я ведь тоже могу сделать больно. Прежде чем он окончательно переломит мне хребет.

Выдавливаю из себя улыбку, показываю средний палец, не думая о последствиях такого жеста. Это я так молча посылаю его на хер, пусть бесится, животное.

Но Саид лишь улыбается хищным оскалом в ответ, хватает меня за шею, притягивает, дыхание обжигает, по спине стекает ледяной пот страха.

Я так когда-нибудь переоценю свои силы, и он реально меня убьет.

— За это неделю не сядешь на задницу, будешь стоять раком, принимать мой член во все свои дырки. Ты только на это и годишься.