Книга Собственность Саида, страница 43 – Ольга Дашкова

Говорят на турецком:

— Юсуф, отдай девчонку!

— Уходи, кто бы ты ни был, Аллах простит тебя, не совершай грех.

— Я не уйду один, она мне нужна.

— Нет, и кто бы тебя ни прислал, это плохая идея, сам знаешь, кому это не понравится.

А когда снова вспыхнул свет, что-то грохнуло, не поняла что, но я оглохла, накрыв руками голову, упала животом на пол, зажмурив глаза.

Делаю глубокую затяжку, выпускаю дым, никотин вишневым горьковатым привкусом оседает на языке и губах. Девушка танцует красиво, брюнетка с длинными, до талии, прямыми волосами.

На ней лишь крохотный треугольник, прикрывающий промежность, и больше ничего. Не понимаю вообще, зачем я здесь? Ахмет позвал поговорить, на него это мало похоже, брат не умеет разговаривать, он лишь требует.

Да и место свое любимое выбрал, бордель какой-то, замаскированный под клуб, тошнит уже от таких заведений.

Успел лишь заехать в пару мест после нашего с Дариной завтрака. Странно, я уже даже называю ее по имени в своих мыслях. Дерзкая такая, смотрит своими огромными глазами, а в них столько ненависти, что я бы давно захлебнулся, будь слабее.

Надо было сразу решить с ней вопрос, порубить по частям и отправить отцу в качестве подарка. Но я ведь не мясник, вот Ахмет, средний из троих сыновей Джалала, как раз подходит на эту роль.

Еще отец – тот, сколько я его знаю, все готов пустить кому-то кровь или пулю. Он вчера сказал свое желание, но я не Ахмет, который, скрипя зубами, будет выполнять его требования.

Что не так?

Чувствую, что что-то не так. Все слишком просто.

Царев слишком легко отдал свою дочь, не дернулся, а я специально провоцировал, пришел на свадьбу, забрал прилюдно, сказал, кто она теперь и что ее ждет.

Не ту реакцию я ожидал, не ту.

А потом по первому звонку его водитель привез документы девчонки, загранпаспорт и водительское удостоверение. Как еще в подарочную упаковку не завернули все?

Утром сфотографировал паспорт девчонки, отправил нужным людям, пусть копнут как можно глубже, я должен знать, что с ней не так.

Сука, что не так с ее ублюдком-отцом? Выходит, я хотел сделать ему больно, забрать самое дорогое, сломать родную дочь, а мне даже помогают это сделать. Надо было Цареву свернуть шею. Но он так хорошо стелил, я только из-за дела сдерживал себя, понимая, что в первую очередь бизнес, а потом уже личное.

Я так долго рвался в тот город, где родился, где потерял самого дорогого человека всей своей жизни. Рвался, но тормозил, зная, что не сдержусь, найду и закопаю сам ту гниду, что испортила жизнь.

Что-то тут не так.

Девушка танцевала уже рядом, приседала, выгибала спину, ее ровное белое и гибкое тело, как у змеи, извивалось в такт музыке. Сигарета истлела до фильтра, бросил в пепельницу.

— Тебе не нравится девочка? Или у тебя появились какие-то особенные вкусы? Стоит только на русских?

— Ахмет, давай по делу, мне вообще здесь все не нравится. У меня, в отличие от тебя, дела.

— А, да, точно, ты же облажался, не наладил канал поставок, а еще правая рука Тамира Джалала. Стыд и позор.

Сжал челюсти, постучал зажигалкой по ручке кресла, Ахмет был в своей среде обитания. Вот он затянулся кальяном, пошел пар с характерным травяным ароматом. Брат уже под легким кайфом.

— Расслабься, брат, покури.