Книга Хозяин, страница 94 – Ольга Дашкова

— Так надо, ты знаешь.

Ничего не хочу знать, хочу ударить по панели кулаками, хочу кричать о том, что мне страшно, и самое страшное – это узнать, что его уже нет.

— Он жив?

— Не говори ерунды, жив он, жив.

По после этих слов кажется, что он забыл, не придет, не найдет нас, и ему наплевать.

— И не думай так! Слышишь! Не думай!

Старик читает мои мысли, он один остался у меня, надеюсь, что с отцом все хорошо, и он в клинике или уже дома, но даже ему мне нельзя звонить.

— Что происходит на самом деле?

Мы уже за городом, солнце начинает садиться, вокруг белые поля снега и черные стволы берез, и широкие темно-зеленые сосны.

— Взрослые мужчины делят власть, которая даст денег. Все как всегда – из века в век ничего не меняется. Ты и ребенок рядом сделают только хуже, больные места никому не нужны.

Я понимаю, но от этого мне не легче.

Не могу знать, что у Хасанова на уме, мы мало разговаривали, у нас была не совсем хорошая первая встреча, да много чего было. Но я люблю его, этого сурового, огромного мужчину, старше меня практически вдвое. Люблю и готова ждать, а еще верить, что он приедет.

Малыш снова начал вертеться в животе, спина затекла, села удобнее.

— Как он?

— Хорошо, сказали, что большой мальчик.

Вартан улыбнулся, редко вижу его таким, сколько ни пыталась узнать о его жизни, не говорит.

— У меня тоже был сын, красавец, высокий, сильный. Жена чуть богу душу не отдала, когда рожала, но потом говорит, что и умереть была готова за него.

— Где он сейчас?

— Нет его и жены, вместе теперь у бога.

Прикусила губу, стало так больно, все мы кого-то теряем, а потом живем, и каждый день подобен пытке. По моим щекам катились слезы, а Вартан улыбался, поражаюсь его силе.

— Не плачь, дочка, не плачь, им там лучше, чем мне здесь. Но я обещаю, что вашего сына еще подержу на руках.

— Все хочу спросить.

— Спроси.

— Помнишь розы, те, что росли вокруг дома? Кто-то положил мне ее на кровать?

— Я, но хотел, чтоб ты подумала на Хасана,– Вартан хитро улыбнулся.

— Я не подумала, он бы так никогда не сделал.

— Сделает еще.

Приехали в наш новый дом, когда уже стемнело, Вартан принялся готовить ужин, я разбирала пакеты с продуктами. Все было как обычно, но когда легла спать, выключив свет, долго смотрела в потолок, яркая луна светила в окно, а я вспомнила, что показалось странным в том парне.

Татуировка на кисти.

Когда он подавал мне варежку, там была арабская вязь, я видела часть надписи. Вот что заставило меня напрячься и начать волноваться.

— Лиана, Лиана, вставай, уходить надо, торопись, – Вартан, не включая свет, вошел в комнату, начал кидать на кровать теплые вещи. – Давай, давай, девочка, быстрее.

— Что случилось? Мурат, он звонил?

Привыкла уже не задавать лишних вопросов, но сейчас мое сердце ухнуло вниз, тело обдало холодом, а потом жаром.

— Одевайся, пойдешь через соседний участок, через пролесок, он небольшой, выйдешь к трассе, там будут ждать.

Моя жизнь в последние несколько месяцев напоминает сюжет дрянного фильма, где я один на тонущем корабле, а вокруг одни крысы, готовые перегрызть глотку за любой неверный шаг.

Хотя шагов как таковых и нет, практически ничего не происходит, но все ждут, что вот-вот что-то изменится. Пока на вершине нашей нехитрой цепочки обогащения стоит умирающий от болезни Камар Азиз, Саид, скорее всего, ждет его кончины, параллельно решая вопросы в другой области, я готов вздернуться от тоски по моей девочке и к херам уже поубивать всех и рвануть к ней.