Книга Искушение, страница 100 – Ольга Дашкова

После боя Макс стал другим, а может быть, он и был таким всегда, настоящим, только я не замечала, и Макс не стремился показать мне свою сторону, которую скрывал. Взгляд стал более нежным, он любил ко мне прикасаться, целовать, мне само́й это очень нравится.

Неделя, проведенная в больнице, далась нелегко, но мы справились. В крови Максима обнаружили большое количество токсина, который мог его убить. Как он попал в организм, выяснили позже, когда Максим смог рассказать, как с ним столкнулась девушка, когда он выходил из раздевалки, и что-то кольнуло в руку. Она могла сделать укол, вот почему ему на ринге стало плохо, и хорошо еще, что рядом оказались я и Арнольд.

Мы вместе подняли панику, вызвали скорую, так бы все можно было списать на неудачный бой, нокаут. Макс так бы и остался лежать на полу, медленно умирая, никто бы ничего не смог сделать потом. Два покушения за короткое время вызвали у следователя, который позже опрашивал меня, серьезные подозрения.

Мне едва удалось сбежать из больницы тем поздним вечером. Свои вещи я обнаружила в тумбочке около кровати, завернутые в большой мусорный пакет. Быстро оделась, практически держась за стену, никого не встретив в коридоре, где горела всего одна лампочка, вышла из отделения.

На меня никто не обратил внимания, все были заняты своими делами, как раз подъехала скорая, все суетились около нее. Вызвала такси, хорошо, что еще не сел телефон, доехала до места боя.

У меня кружилась голова, подташнивало, от боли ныло плечо, но я сжимала руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу, чтобы привести себя в сознание и двигаться дальше. Успела, как раз когда начался бой Максима, я думала, сойду с ума в тот момент, когда поняла, что с ним что-то не так.

Он не мог так драться, практически через несколько минут Макс начал пропускать удары, упал на колени. А когда совсем рухнул, избитый лысым здоровяком, я сама кинулась на клетку.

Максим потерял сознание там же, на моих руках, и не приходил в себя, когда ехал в скорой. В больнице, из которой я сбежала, но в другом отделении, мне разрешили быть рядом. Максу ставили капельницы, дышал он сам, я вышла на пару минут в коридор и встретила того самого доктора, который должен был лечить меня.

Мужчина удивленно на меня посмотрел, потирая усталые глаза, пришлось объяснить ситуацию. А он, отведя меня в сторону, рассказал про анализы и о том, что, судя по всему, я беременна.

Это было нокаутом. Это было неожиданно.

Это было очень странно слышать, понимая то, что раньше мне говорили доктора о невозможности забеременеть естественным путем, но это случилось. Это ребенок Макса, и этой ночью я спасла его отца от гибели.

Это было пока непостижимо для меня, я была ошарашена и счастлива. Я должна была сказать об этом Максиму, но откладывала. За неделю, пока его не выписывали из-за слабости, я прошла все анализы, срок был маленьким, но мне нужно было убедиться, что с ребенком все в порядке, авария пока никак не сказалась на нем, но предстоит еще долго наблюдаться.

— Я готов.

Макс напугал меня своим появлением. Развернулась в его сторону, он стоял, одетый в джинсы, толстовку, кожаную куртку, обросший. На лице густая щетина, татуировка Анубиса на шее привлекала к себе внимание.

Парень нахмурился, подходя ближе, держа в руках спортивную сумку и документы о выписке, навис надо мной.