Книга Искушение, страница 96 – Ольга Дашкова

Тон голоса доктора меняется, теперь он более строгий, сдержанный. В моем поле зрения появляется лицо Максима, и меня срывает окончательно. Слезы текут по вискам, в волосы, он трогает меня за лицо обеими руками, склонившись очень низко.

Утирает слезы пальцами, а потом целует нежно, но в то же время требовательно, прикасаясь к моим сухим губам. Не получилось сдержаться, из моей груди вырывается отчаянный всхлип.

— Не плачь, не плачь, моя девочка. Все хорошо, все будет хорошо.

Максим шепчет мне в губы, продолжает целовать. Прикрываю веки лишь на секунду, чтобы потом их опять открыть и увидеть бездонные темные глаза Максима, в которых тревога, сожаление, а еще какая-то щемящая нежность, которая проникает в меня.

Он здесь, со мной. Все хорошо.

— Прости… прости, что ушла, что не осталась с тобой… прости.

У меня хриплый голос, дрожащий. Я цепляюсь руками за его футболку, притягиваю к себе ближе, говорю в губы, едва слышно, но Макс понимает. Он покрывает мое лицо поцелуями, заставляет молчать, целуя в губы.

— Нет… нет, милая, это ты меня прости. Прости, что отпустил, что не удержал. Я так подыхал без тебя, так было больно. А сейчас, идя по этому длинному больничному коридору, я понял, что реально сдохну, если тебя не станет, если тебя не будет в моей жизни. Если ты вообще перестанешь дышать, я не могу… не могу потерять тебя, Инга. Не могу снова, и тем более так.

Голос Максима проникал через кожу, сердце трепетало, я плакала уже от счастья без остановки.

Когда первые эмоции сошли, я уже более ясно посмотрела на Макса, он нахмурил брови, вглядываясь в мое лицо.

— Что случилось?

— Не знаю, думаю, что тормоза отказали. Я выехала с парковки, все было нормально. А потом, когда надо было остановиться, они просто не работали. Я не понимаю, что произошло. Кто-то пострадал еще? Скажи мне. Я слышала, как разговаривали доктора.

— Я не знаю, Инга, ничего не знаю. Мы с Арнольдом приехали к тебе, как только увидели в новостях эту аварию, и я заметил номер твоей машины.

— Найди следователя, он должен быть здесь, скажи ему, пусть отправит машину на экспертизу. Там явно что-то было не так. Просто так это не могло случиться.

— Да, хорошо. Только не переживай. Не переживай, я рядом. Я буду рядом, моя девочка.

Это его «моя девочка» раскалывало душу на части, меня никто так не называл никогда, Макс первый. Он во всем первый, в моих сумасшедших эмоциях, в оргазмах, из-за него я стала сильнее и другими глазами смотрю на мир.

— Так, все, свидание окончено, голубки.

— Еще минутку, пожалуйста, — Максим обернулся, но снова посмотрел на меня. — Я с тобой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Да, я знаю, и я с тобой.

Хотела сказать, что люблю его, что он мой самый светлый мальчик с мраком и тьмой внутри. Но слова застряли в горле, потому что не так должно произойти это признание. Я ему скажу обязательно, но не сейчас.

— Максим, что за бой? О каком бое говорил Арнольд? Не надо. Я тебя прошу, если ты еще рядом со мной окажешься на больничной койке, я просто сойду с ума.

— Ты во мне сомневаешься?

А вот теперь появился другой Макс, уверенный и наглый. Он ухмыльнулся краешками губ и посмотрел на меня с блеском в глазах.

— Все будет хорошо, детка. Ты же знаешь, я непобедим. Я почти бессмертен.