Книга Рецидив, страница 52 – Ольга Дашкова

Чем это он меня так опоил, и сколько времени я здесь? Смотрю на себя в зеркало, косметика размазана, нижняя губа разбита, щека чуть припухла, но синяка вроде бы нет. Беру мыло, пытаюсь все смыть с себя. Приглаживая волосы мокрыми руками, опираюсь на раковину, снова смотрю на себя.

Да, Агата, умеешь ты вляпаться в историю. Братишки Шиловы, Шакал, вот теперь этот Володя — бармен, любитель термоядерных коктейлей. Это только недавние мои приключения, а сколько их было — лучше не вспоминать.

Морозов.

Вот кто мне оторвет голову. Почему-то так странно, но перед ним стыдно. Говорил же, спрячься, не ходи никуда, нет, я же, сука, самостоятельная и смелая. А еще у нас был секс, самый натуральный, с оргазмом и страстью, такое хочется повторить, увидеть, как его холодные глаза вспыхивают огнем.

Смотрю на полочку: зубная щетка, две щетки, значит, Володя живет не один. Крем для рук, гель для душа и шампунь, явно женские, новые.

— Агата, ты можешь принять душ, там полотенце для тебя и шампунь.

Вова стоит за дверью, не нарушая моего пространства, даже не заглядывает. А я понимаю, что это все для меня, все новое, неиспользованное, розовое полотенце, розовая зубная щетка. Вот же, тварь какая. Мысли скачут, как блохи, надо что-то делать, надо выбираться из приготовленного мне уютного гнездышка.

— Да, да, конечно, спасибо.

Включаю душ, вода льется, сама осматриваю все вокруг, шарю по шкафчикам. Ничего, чем можно себя защитить, ну если только эту розовую зубную щетку воткнуть ему в глаз. Справлюсь ли? Где-то под ванной нахожу бритву, старая такая, с опасным лезвием, трогаю, но она почти тупая. Все лучше, чем ничего.

Голова почти прошла, наверное, от шока. Хотя, что он может мне сделать? Да что угодно: опоит, обколет, поимеет в таком состоянии. Испуганно трогаю себя между ног, задираю футболку, осматриваю в зеркале. А вдруг все уже было? А я ничего и не чувствовала, но не нахожу никаких следов спермы или влаги, облегченно вздыхаю, но ведь это еще не доказывает. Вот это был бы реальный пиздец, которого у меня еще не было.

Тихо открываю дверь, выглядываю, никого нет, прижимаю лезвие бритвы вдоль руки, пряча его. Иду по коридору, ища входную дверь, со стороны доносится щелчок закипевшего чайника, вздрагиваю. Парень стоит спиной на кухне, смотрит в окно, а за ним не то вечер, не то раннее утро. Совсем не понимаю, сколько сейчас времени.

Тихо крадусь обратно в комнату, может, стоит запереться там и поискать хоть какой-то телефон или через ноут выйти на Стаську или Свята. Останавливаюсь у завешенной стены, рука сама тянется сорвать эту тряпку. Делаю это, она падает к моим ногам, а я открываю рот от удивления. Вдоль позвоночника пробирает холод, стало сразу как-то не хорошо.

Вся та часть, что была завешена, заклеена моими фотографиями. Везде я. Совершенно разная, но все же я. Клетка в клубе, где я танцую, гримерка, вот я сижу на ступеньках сцены или просто иду по улице, опустив голову и надвинув капюшон. Это что, мать вашу, такое?

Подхожу ближе, разглядывая лишь одно фото, оно совсем недавнее, я это точно знаю. Кабинка привата, я на коленях Глеба, откровенная поза, но я еще одета. Ищу среди почти сотни снимков продолжение, где Глеб на мне, фото нашего с ним секса, не нахожу. Но как? Как такое может быть? Откуда все эти фото?