Онлайн книга «Liebe. История одной любви»
|
На фоне её голосового сообщения были слышны глухие звуки латиноамериканской танцевальной музыки и чьи-то, незнакомые мне голоса. Послышалось, как один пьяный голос выкрикнул «Ур-р-ра, Havanna Сlub навсегда!»… Я прослушал раз десять её сообщение, пытаясь распознать её мотивацию, настроение и истинные чувства. Как я не старался, так и не смог прийти к чему-то ясному… Мне нужно увидеть её прямо перед собой! Прямо сейчас! Я как метеор влетел в подвал, схватил шмотки, ключи, вскочил на мот и помчал в тот самый клуб, о котором в первую очередь подумал… 30. Здесь и сейчас Амира «Боже, що я наробила?!», пронеслось в моей пьяной голове сразу после того, как я наговорила ему на автоответчик… Холод начального декабря отрезвил меня. Я невольно задрожала, ибо ветер проник под пальто. Выключив полностью телефон и внутренне сгорая от стыда, я зашла обратно в клуб, затем пробралась в самую гущу пар на танцполе… Я задвигалась в соло-танце с полузакрытыми глазами, забыв всех и вся вокруг себя. Через одну или две песни почувствовала чьи-то мягкие пальцы на моём правом плече. Я знала, что это был НЕ он, но всё равно приняла приглашение от смуглого симпатичного незнакомца… Мы закружились в быстром танце, где я каждый раз удивляла его своим тем или иным неожиданным движением. Я танцевала так, будто в последний раз, используя все возможные, недавно выученные мной, элементы… Вскоре незнакомец не выдержал моего необузданного ритма и под каким-то предлогом свалил, а через пару минут вернулся на танцпол с другой партнёршей. Мне было плевать! Сегодня я вытанцую всю свою душу! Я не надолго осталась одна — ко мне снова подошёл мой самый первый партнёр, вернее, блондинистый качок, которого я про себя окрестила "Дольфом-Нарциссом". Он и вправду был чем-то похож на легендарного Лундгрена… В этот раз я не уступала Дольфу-Нарциссу в лидерстве. Ему пришлось изрядно попотеть, чтобы успевать за моими шагами, а также качественно вести меня. После трёх песен Нарцисса сменил подошедший ко мне коллега Кристиан, испанец из Андалусии. — Quе́ lindo eres quando bailas (Как мило, когда ты танцуешь — исп.)! — и закружил меня динамично в сальсе. Мы протанцевали вместе около получаса — отточено и красиво, но без той искрящей изюминки, которая всегда присутствовала у меня в танце с Энцо… Сальса закончилась, началась медленная бачата. Пары снова поменялись. Я уже хотела было уйти с танцпола, как увидела Ханнеса, внезапно возникшего прямо перед мной… Сердце ёкнуло в груди! «Всё-таки пришёл!», феерично выстрелило в беспросветном мысленном тумане… Нас разделяли лишь считанные сантиметры! Его слегка волнистые, заметно отросшие, тёмно-русые волосы небрежно спадали на лоб, заметная щетина проглядывала на его немного обострившихся скулах и подбородке, а глаза ярко блестели при белом мигающем свете стробоскопа. Он стоял напротив меня и прерывисто дышал, будто только что пробежал спринт. Мне показалось, что мы пожирали друг друга глазами целую вечность, прежде чем я робко протянула ему руку — Потанцуем? Он скривил рот в своей особой, только ему присущей непроницаемой ухмылке и продолжил нагло просверливать меня после своего, ровно сказанного «Я не умею!». — А я научу! — всё также робко улыбнулась ему. — Не знаю, хочу ли я… — задумчиво вытянулись его чувственные губы. |