Книга Предатель. Цена ошибки, страница 92 – Ая Кучер

Как только Мариса это поймет, жить ей станет легче.

Главное, не рассказывать, что самого себя простить – то ещё испытание.

Я, например, не могу.

Когда прогонял Лизу – подбирал каждое слово. Знал, что бью по самым слабым точкам, худшим из возможных способов. Но считал и считаю, что почти всё было сказано правильно.

Если бы вернулся назад во времени, то я бы ничего не менял.

Кроме той скотской фразы про аборт.

Это было явно лишним.

Диким.

Личное бремя, которое вросло в душу.

Одно из.

— Черт, – телефон в пиджаке вибрирует, торможу на светофоре, отвечаю. – Слушаю, отец.

— На заводе обыск, – рявкает. – Почему тебя не предупредили?

— Без понятия. Сейчас приеду, проконтролирую.

Стараюсь не выдать ликования.

Неприятно, да?

Когда фирму, которую ты встраиваешь с нуля, потом и кровью зарабатываешь каждую копейку, вдруг топят. Присылают проверки, инспекции. Раз за разом бьют, мешая работать нормально.

Отец это сделал со мной.

Справедливо ответить тем же.

— Проконтролируешь? – срывается на крик. – Ты до этого должен был взять всё под контроль! Это твоя ответственность!

— Знаю. Ошибку исправлю, сделаю так, чтобы последствий не было.

— И это всё? Нечего больше добавить, Демид?

— Нет.

Только одно.

Не стоило мне угрожать, отец.

Теперь я буду идти до конца, какой бы цена ни была.

Глава 29

— Так, Юсупова, – Серафима Ивановна находит меня в ординаторской. – У тебя новый пациент. Подозрение на холелитиаз, проверишь, если подтвердится – будешь оперировать.

— Но… – бросаю взгляд на часы, понимая, что никак не успею. Если острый приступ, то быстрой операции не будет. Но и не затянут же обследование на несколько часов. – А можно…

— Ты же вроде не суеверная. Пятница тринадцатое – обычный день. Хватило мне, что вы все плановые отменили. Распоясались!

— Серафима Ивановна, я возьму, – Рома поднимается, привлекая к себе внимание. – Я и с оборудованием умею работать, и открытую операцию проводить. У Лизы смена почти закончилась, у меня – сутки.

— Тебя я тоже найду куда пристроить. Разошлись мне тут. Поотдыхали и хватит. Целую неделю в ритм не войдете после своей конференции.

Замглав бухтит, но я не обижаюсь. Сегодня была проверка из министерства, как всегда – много вопросов и проблем. Костенко поворчит, но это лишь слова. Тем более, что она всегда невзначай интересуется моим самочувствием.

Просто мне никак нельзя оставаться. Сегодня развод, нужно приехать в ЗАГС. Если бы я заранее знала об операции, то попросила бы Ильяса всё оформить, чтобы мое присутствие не было обязательным.

Я поднимаюсь, чтобы напомнить мою ситуацию Костенко. Но Рома действует быстрее. Подходит к замглаву, что-то долго объясняет, размахивая руками.

— Левенко в операционную, Юсупова свободна, – та раздает новое распоряжение, вызывая удивление на лицах других врачей. – Остальные на подхвате. Четвёртую городскую на карантин закрыли, теперь к нам новых направлять будут. Юсупова, ты ещё здесь?

Качаю головой, быстро направляясь к выходу. Лучше действительно убраться подальше, пока меня не оставили на ещё какую-то операцию. Только торможу, уточняя о Ромы, что он сказал.

Если вдруг выдумал что-то, как он умеет, то мне потом точно прилетит. Хотя бы не путаться в показаниях. Но мужчина отмахивается, подмигивает и нагло подталкивает в сторону раздевалок, сжимая мои плечи.