Книга Наследник для врага, страница 81 – Ая Кучер

Ян… Странный. Сейчас такой спокойный, довольный. Не грубит и не приказывает, снова другой мужчина. Такой, каким Волков был со мной в больнице. Самый родной.

И при этом… Я уже отвыкла от такого мужчины. Ощущение, что всё иллюзия, и снова окажусь в центре хаоса. Страшно, на самом деле. Потому что я совсем не знаю Яна.

Люблю, но не знаю.

И не уверена, что узнав всё, смогу остаться с мужчиной.

— Выкладывай, золотко.

— Что? Будешь чай? — делаю глоток перед тем, как разворачиваюсь лицом к лицу со своими проблемами. — Прекрати так смотреть.

— Как?

— Словно ты сканируешь меня, разделываешь до кости.

— Почти. Я чувствую тебя, Соня. Обнимаю, а ты напрягаешься. Поэтому заканчивай свои отговорки и начинай говорить напрямую. Всегда. Мне нужны факты и проблема, тогда мы будем что-то решать. Давай упростим нашу жизнь, хорошо?

— Хорошо. Я высказываю — ты отвечаешь? Или будешь затыкать?

— Я никогда тебя не затыкал. Я не пойму, что не так, если ты не объяснишь. Говори ртом и всё получится.

Усмехаюсь, понимая, о чем говорит мужчина. Только это кажется самой сложной задачей. Говорить напрямую, никаких сомнений и умалчиваний. А это задача не из легких

Некоторые к пятидесяти годам не обладают подобным умением, а мне уже нужно включаться. Потому что Ян точно не изменится, никаких сомнений. И либо вечно сомневаться и находиться в напряжении, либо подстраиваться.

— Я тебя не знаю, — выпаливаю и высказываю из объятий. Нахожу кофе, медленно готовлю его для мудчины. Аромат потрясающий, но сегодня мне не хочется его. Уже плюс. — Совсем не знаю, Ян. Только обрывки. Это мало, чтобы получилось…. Хоть что-то.

— Но при этом даже без знаний я тебе нравлюсь. Стоит ли копать глубже? Заметь, я употребляю слово «нравлюсь» лишь для того, чтобы не смущать тебя. На самом деле четко помню, как ты шептала «люблю» на пике.

— Волков! Не переводи стрелки. Или свали куда-то, — бурчу обиженно, потом что всё получается не так, как нужно. Он издевается. Скидываю ладонь с талии, бью по пальцам. — Я занята.

— Что ты хочешь узнать? Ты знаешь, что я рос в детдоме. Потом влез в криминал, что потерял жену и ребенка. И помешан на том, чтобы с тобой и малышом ничего не случилось. Ты знаешь меня лучше многих, золотко. Возможно, лучше всех.

Прикусываю губу, потому что от этих слов всё внутри обрывается. Затапливает лавой, жгучей и уничтожающей. Сипло втягиваю воздух, горло вдруг сдавливает. И в носу щиплет, слишком сильно.

Это гормоны, проклятые вспышки настроения. Но ничего не могу с собой поделать. Это звучало откровенно, честно. И ведь Ян прав — я знаю о нем много мелочей, а из мелочей и состоит истина.

Как в медицине. Ты узнаешь миллион маленьких симптомов, а потом узнаешь, что это именно за болезнь. За человек.

— Сонь…

Ян вздыхает, когда видит мои слезы. Но я не даю ему закончить, прикладываю пальцы к губам. Подаюсь вперед, словно боюсь опоздать или передумать.

— Я люблю тебя, Ян.

Люблю.

То, как он заботится о нашем малыше.

То, как заказывает оливки, потому что я их люблю.

Как переживает за мое здоровье и даже не ведется на слезы, запрещая вредную еду или напитки. О, и люблю за те моменты, когда Ян смотрит на меня. Открыто и искреннее, превращаясь из жесткого мужчины в обычного парня.

Люблю эти детали, симптомы.