Книга Измена. Цена прощения, страница 147 – Ая Кучер

Но при всём этом Мирон умеет давать хорошие советы. Я прислушался к его словам, подал все заявления на Иру. Пока Тася занималась делами, успел дать нагоняй Волошину, чтобы тот всё оформил. В полицию мы заглянули вместе.

Оказалось, не я один такой. То есть, редко кто заявляет на фальшивые документы, но не первый случай. До судебного разбирательство конечно далеко, но Рязанов обещал подсобить. Тот самый, у которого я нанял охрану для Таси. Полезно, когда есть такие знакомые. Скоро всё решится.

Замечаю, как дрожат руки девушки. Тянусь, желая сжать и успокоить, но Тася прячет ладони под стол. Все ещё не смотрит на меня. Не представляю, как ей погано в этот момент.

Из-за меня.

— Дим, - зовёт так тихо, что почти не слышу. – Я не знаю, как с тобой об этом говорить. Как спрашивать о таком. Поэтому… У тебя с Машей что-то было?

— Нет. Это бред. Не знаю, что она тебе наговорила и зачем… Но я люблю только тебя.

— Ты ведь точно назвал срок. Когда именно была твоя измена.

— Случайно угадал.

Вру, чувствуя как всё рассыпается в руках. Не знаю, как выкрутиться, оправдаться. Нужно было ещё в пятницу сразу зайти к Маше и договориться, чтобы не болтала лишнего. А теперь…

Знаю лишь одно. Самое простое, понятное – не хочу я Тасю терять.

И дело не в привычке, не в нашем сыне, не в какой-то там волоките с бумагами при разводе. Я просто хочу вернуть свою жену.

Просыпаться с ней, целуя в острое плечико. Сжимать в своих объятиях. Слушать, как она воркует с Русланом, а после устало забирается в нашу кровать. Только сейчас доходит, как много я потерял. Не ценил, не обращал внимания.

Расслабился, почувствовал, что так будет всегда.

Что ни одна из случайных любовниц никогда не вернется в мою жизнь.

Ира даже любовницей не стала, но ворвалась со взрывами и дымовой завесой.

— Случайно, - Тася кивает, сомневается. – Дим, я к тебе не вернусь. Ты ведь это понимаешь, правда? Я очень устала. И тебя извожу. И не хочу, чтобы наш брак превратился в постоянное поле боя.

— Так не превращай. Дай мне ещё один шанс.

— Я не могу, - поджимает губы, часто моргает. Замечаю крупные капельки слёз. – Я пыталась, правда. Я всё время пытаюсь, думаю, сомневаюсь… И я не могу так больше. Не хочу. Я не знаю, как тебе верить. Думала, надо ведь с тобой поговорить, узнать мнение и другой стороны. Но теперь понимаю, что это бессмысленно. Я ведь всё равно не могу довериться тебе полностью.

— С фотошопом Иры ты тоже не верила, пока я не нашел доказательств. Может, пора чуточку  мне верить, Тась? Я поступил как мудак, согласен. Подло и низко. Но сейчас я стараюсь это исправить.

— Исправь.

Просит так искренне и устало, что меня ломает. Хочется прямо сейчас выпалить всю правду, покаяться. Прекратить мучить Тасю догадками. Но, эгоистично, не могу.

Я, как глупец, надеюсь на лучшее.

Я поднимаюсь с места, пересаживаюсь ближе к девушке. Прижимаю к себе, радуясь, что не отталкивает. Позволяет обнять, провести ладонью по волосам, почувствовать её дрожь.

— Исправь, - повторяет тверже, вдруг отстраняясь. На лице – непривычная решительность. – Только меня в это больше не втягивай. Я устала быть истеричкой, вечно бегать и не знать, что делать дальше. Мне двадцать четыре…

— Я знаю, любимая.

— Нет, не знаешь. Мне двадцать четыре. У меня сын, которому ещё трёх месяцев нет. А я иногда себя старухой чувствую. Но моя жизнь не закончилась. И я не хочу её провести в постоянных подозрениях.