Книга Наследник Буйного, страница 23 – Джулия Ромуш, Ая Кучер

— Не советую без моего одобрения что-то делать, — в ответ хриплю, — Богом клянусь, у тебя случайно сгорит всё, что имеешь. — Открыто угрожаю, в глаза его воинственно смотрю.

— Угрожаешь, кукла? — Он руку протягивает, притронуться ко мне хочет, но тут же назад отступаю. Не позволяю.

— Предупреждаю, Эмир. Хочешь поговорить? Встретимся завтра, вдвоём, обсудим. Сейчас Катя выйдет, ты для неё в могиле лежишь, так что уйди. Не усложняй всё ещё больше.

Кривится, вена на виске вздувается. Не нравятся мои слова. И уходить не хочет. Но всё-таки отступает.

— Я позвоню завтра и скажу место, куда прийти. Без выебонов, Злата, ты же знаешь, как я на них реагирую.

Катюша с интересом обживается в новой квартире. Сосредоточенно свои вещи расставляет. Мир тоже привыкнуть пытается. Мой любопытный сынишка всё осматривает. Под диван заглядывает, кивает важно. Мол, всё спокойно, мам, паук тебя не обидит. А я на этом стареньком диване и сижу. Пытаюсь в себя прийти. Эмир своим появлением всё внутри перевернул. Разворошил. Разорвал противоречивыми ощущениями. Мне его обнять хочется. И придушить в то же время. Будто стирает весь мой опыт прожитых лет, превращает в малолетку эмоциональную. Которая только чувствами жила. И чудила из-за них же. Я ведь до Сабурова и не была такой невезучей! Ничего не сжигала, в неприятности не вляпывалась. Скромно жила. А как встретила… Так и понеслись приключения. И поступки глупые… Забавно, что после "смерти" Эмира я больше ничего не сжигала. Словно меня просто выжгло, ни искры не осталось.

Я рада, что он живой. Он же… Живой, это хорошо. А вот то, что так бесцеремонно решил в мою жизнь вернуться, это ужасно. Он не имеет права! Хотел бы — объявился бы раньше. А его оправдания меня не интересуют.

Злость клокочет внутри. Лавой обжигает самосохранение. И мне нужно хоть кому-то рассказать! Пожаловаться на всю эту хрень. Чтобы не только я Эмира козлом назвала. Пальцы сами по себе набирают сообщение подруге. Алиса такая, что… С неё станется самой киллера найти. Чтобы не зря могила пропадала.

"Этот ублюдок живой!"

Я стираю сообщение сразу же, вздыхаю тяжело. Пишу другое:

"Люди таки воскресают. Угадаешь кто?"

Палец подрагивает, зависая над кнопкой отправления. Но я блокирую телефон, отбрасывая подальше. Успокаиваю себя. Нет, я не могу написать Алисе. У неё и без меня хватает проблем сейчас. И так она из-за меня и Буйного достаточно настрадалась.

Просто часто дышу. Думаю.

— А дядя пийдёт? — Хлопает глазками сын. — Большой.

— Большой? — Катя хихикает.

— Такой… Уууу…

— Катюш… — Я со вздохом зову сестру. Оставляю сына играться, а сама увожу Катюшу в её спальню.

Нам нужно всё обсудить. Я обязана найти в себе силы и рассказать про чудесное воскрешение Эмира. Я не хочу, чтобы он моей малышке психику поломал. У сестры и так тяжёлое детство. Она едва в себя пришла! Мама не боролась за неё при разводе, оставила с отцом. А тот спился и попал в тюрьму, Катюша чуть в детдом не отправилась. И по Эмиру скучает вечно. Первое время она тоже плакала постоянно во сне. А тут оживать начала. Если она без подготовки Буйного увидит… Она же не справится!

— Катюш, у меня к тебе разговор как к взрослой, — я аккуратно подбираю слова. — Послушаешь меня?

— Надо с Миром посидеть? — Улыбается сестра.