Книга Наследник Буйного, страница 5 – Джулия Ромуш, Ая Кучер

Я улыбаюсь, а через секунду всё обрывается внутри. Резко вскидываю голову, холодная сталь протекает по венам. Впереди пусто. Никого нет. Но… Я могу поклясться, что всего на мгновение… Краешком глаза… Я увидела того, кого давно нет в живых.

Отгоняю от себя все эти мысли. Я понимаю, что это ненормально. Сколько времени прошло. А я продолжаю его чувствовать. Вот даже сейчас, показалось, что увидела, а на самом деле нет.

— Мам, нлавится? — Мир всё ещё ждёт моей реакции на его подарок. За руку требовательно дёргает.

— Конечно, нравится, очень красивый цветочек, — присаживаюсь на корточки, цветок к носу подношу и, закрыв глаза, нюхаю.

Сын довольно улыбается. Мир очень требовательный к моему вниманию. Постоянно требует полной отдачи. Если подарок, то я должна отреагировать. Показать эмоции. Если песенка или стишок, то должна внимательно слушать. К Катюше такие же требования. Только к Лёше он относится немного иначе. Будто чувствует что-то.

Мир довольный бежит искать новый подарок. Я же следую за ним. Обнимаю себя за плечи. По сторонам осматриваюсь. Ощущение, что за мной кто-то наблюдает, становится только сильнее. Морозные мурашки по коже пробегают. Я знаю, чем это чревато — новой картиной. Кому-то помогают разговоры по душам. Кому-то психологи. Мне помогает рисование. Я вкладываю в картину все свои эмоции, переживания. Как будто на холст выплёскиваю. И мне становится лучше. На какое-то время.

— Злат! — Катюша машет рукой, бежит ко мне. Довольная. Улыбается. Наверное, опять получила самый высокий балл. Она у меня самая умная в классе. Я ею ужасно горжусь. Моя девочка. — Ух ты! Это мне?! — Катюша разыгрывает удивление, когда Мир протягивает ей цветочек, расплывается в улыбке, а после чмокает сына в щеку. Мир довольно улыбается. И я не могу удержаться от улыбки. Ради них стоило сделать всё то, что я сделала. Ради того, чтобы они так улыбались. Жили в безопасности. Внутри теплом отдаёт. Я смогла их защитить и дальше сделаю всё, что только смогу.

Неприятный холод снова по коже проносится. Да что же это такое?

— А я опять самая лучшая! — Катюша довольно скалится, прищуривается. Вроде уже взрослая, а похвалы ждёт как Мир.

— Я даже в тебе и не сомневалась, — произношу в ответ. Сестра вот-вот мурлыкать начнёт.

— А ты опять напряжённая и по сторонам оглядываешься. — Катюша вздыхает спустя несколько минут. Когда я и правда назад оборачиваюсь. Не могу избавиться от ощущения пристального взгляда на мне и сыне.

— Просто осматриваюсь, — бурчу в ответ.

— Ты просто осматриваешься с того самого дня, как с дядей Маратом встретилась.

Катя, сама того не подозревая, напоминает мне о дне, когда я нереально стрессанула. Марат появился из ниоткуда. Обычно он просто наблюдал издалека. Присматривал по старой памяти, но активности и интереса к моей жизни не проявлял. Скорее всего, просто чувство долга перед умершим другом. А в последний раз он вёл себя странно. Как будто активировался. Подошёл, расспрашивать начал. На Мирослава странно смотрел. Возможно, Катя права. Я перенервничала тогда, и теперь мне всякие глупости кажутся, и я сама себя накручиваю.

Мы заходим в любимое кафе Кати и Мира. Дети заказывают себе любимые вафли, я же беру крепкий кофе. Голова ужасно раскалывается, мне точно нужен кофеин.