Книга Единственная для Буйного, страница 4 – Джулия Ромуш, Ая Кучер

Захожу в прокуренный подъезд. Морщусь от неприятного запаха, пока поднимаюсь по лестнице на нужный этаж. Я сжимаюсь, слыша мужские голоса. Низкие, хриплые, незнакомые. Несколько крупных фигур стоят возле окна, курят. Мажут по мне равнодушным взглядом, не пытаются остановить. Но сердце всё равно стискивается в нехорошем предчувствии. Соседей я успела выучить. Но этих никогда не видела.

Я быстро перепрыгиваю через последние ступеньки, мчусь домой. Нужно скорее оказаться в безопасности. Тогда я снова начну думать трезво.

Дверная ручка дергается под пальцами. Открыто. Почему открыто-то? Баб Зоя снова забыла закрыться?

Я захожу внутрь, окутывает темнотой. Нащупываю пальцами включатель, но свет не появляется. Пульс зашкаливает, в горле образовывается ком.

— Баб Зоя? — зову неуверенно. — Вы тут? — Мой голос начинает подрагивать.

Запах одеколона забивает легкие. Знакомый. Родной даже. Я не могу дышать.

Понимаю, чьи шаги слышу в комнате. Эмир! Он нашел меня. И лично явился, чтобы наказать за побег.

Сердце пропускает удар. Еще и еще один. Я буквально чувствую, как внутри все замерзает. Покрывается корочкой льда. Нервная система издает последние писки жизни.

Шаг назад. Спиной упираюсь во что-то твердое и неровное. Это фотография на стене. Вжимается в кожу и заставляет скривиться.

Как он меня нашел? Почему так быстро? Неужели нет надежды на спасение?

Громкий хрип… Это я. Пытаюсь вдохнуть воздух, потому что легкие обжигает от нехватки кислорода.

Шаги приближаются, этот звук вибрирует в висках и сводит с ума. Доводит до безумия. Интересно, в моем возрасте случаются инфаркты? Потому что что-то мне подсказывает, что мой уже совсем близко. Вот-вот и хватит меня.

— Не подходи! — Хриплю и выставляю руку вперед, когда шаги оказываются совсем близко. Из-за того, что перенервничала, в глазах начинает рябить. Я вижу лишь темный силуэт. Прямо как в моем сне. От этого внутри все сжимается еще сильнее.

— Златка, ты чего хрипишь? — Раздается мужской голос. В первые секунды даже не до конца понимаю, что голос не принадлежит Эмиру. Совсем не его. До сих пор нахожусь в паническом состоянии. — С тобой нормально все?

Алексей подходит ближе, но я все еще не верю, поэтому дергаюсь, фотография, что впивалась в мое плечо, срывается с гвоздика и летит на пол. Слышится треск стекла.

— Не двигайся, сейчас еще на стекло наступишь, поранишься, — вздыхает Алексей, — ты можешь, я знаю. Сейчас только с пробками разберусь и помогу. Стой на месте.

— С какими пробками? — Хриплю в ответ, немного отхожу. Возвращаюсь в реальность.

— Которые выбило. Теть Зоя посмотреть попросила. Включила телевизор, а кто-то опять провод от чайника из розетки не вытащил.

Это в мою сторону прилетел камень. Да, черт, я забыла. Дом здесь был старенький. Проводка никудышная. Если хочешь телевизор посмотреть, то отключи все остальное, иначе пробки выбьет. Ну, в принципе, то, что и случилось.

Я выдыхаю. Громко. Прижимаю ладошки к груди и улыбаюсь. Бедное сердце начинает тарабанить в груди как умалишенное. Бейся, миленькое. Можно.

Проходит не больше минуты, как свет в комнате загорается. Алексей снова появляется, на этот раз в его руках веник и совок. Я же послушно стою на одном месте. Не двигаюсь.

Алексей — сосед баб Зои, он живет этажом ниже. Сын ее хороших знакомых. Он часто к нам в гости приходит. Раньше чаще заходил, когда баб Зоя одна жила. Продукты ей приносил. Давление мерил. Теперь у баб Зои я появилась, продукты и давление на себя взяла. А еще Алексей помогал баб Зое меня в дом принести, когда та нашла меня в лесопосадке без сознания. Они меня вдвоем в чувства приводили. Я даже первые два дня не все вспомнить могла. Провалы в памяти были. Но после все хорошо стало. Это, наверное, от того, что я головой сильно при падении ударилась.