Книга Пленница Лютого, страница 36 – Ая Кучер

Вздрагиваю, когда мужчина касается меня. Его ладонь пробирается под пальто, скользит по обнаженной спине. Легкие, почти незаметные движения, от которых кровь вскипает.

Нежность сталкера может очень быстро закончится.

— Я боюсь тебя, Лютый, слишком боюсь, - правда срывается с губ слишком легко второй раз за вечер, заставляя сжаться от этого признания. Опасаться чужой реакции. – И я не знаю, чего мне ждать. Как ты накажешь за то, что я не совершала.

Как он поступит, когда получит доказательство, что это именно я сдала его. Нашла документы, отдала их другому мужчине. Такое никто не простит, особенной Лютый.

И мне остается со страхом ждать, когда этот момент наступит.

Рука мужчины замирает, едва касаясь моего лифчика. Мужчина напрягается, превращается в одну сплошную сталь. И я не знаю, как он поступит в ответ на моё признание.

— Ты не боялась меня, когда минуту назад кричала и срывалась.

Отвечает медленно, отпуская меня. Позволяя вернуться на свое место. Громкий щелчок, после которого свет в салоне гаснет. Мы остаемся в кромешной темноте.

И сейчас совсем не страшно повернуться к мужчине, стараться рассмотреть очертания его лица. Если я пойму кто он, то это может быть шансом. У меня появится преимущество. Хоть какое-то.

— И как я тебе сказал – зря боишься. Уж точно тебе не стоит переживать о других мужчинах. Никто не посмеет тебя коснуться, ни в каком плане. Никогда. Это я обещаю.

— Только тебе можно, да?

— Именно. Ты моя, златовласка. Даже если предала меня и отправила за решетку.

— А если я не хочу, чтобы ты меня касался? Никогда.

Я напоминаю себе мазохистку. Самоубийцу, которая ищет всё новые и новые способы причинить себе боль. Нарваться на чужую злость, так, чтобы не было пути обратно.

У меня коктейль из эмоций, контроль слетает. Я боюсь и нарываюсь, отшатываюсь, а после снова лезу на рожон. Просто потому, что устала. Кончилась. Сломалась. Ничего не осталось, чтобы я могла вернуться к прежней покорности и молчанию.

— А ты не хочешь? – пальцы мужчины обхватывают моё запястье как предупреждение. – Не слышу ответа.

— Не хочу. Ни твоих касаний, ни поцелуев, ни тебя – не хочу ничего из этого. И что ты будешь с этим делать?

Вскрикиваю, когда сталкер дергает меня на себя. Обратно. Только в этот раз куда более откровенно. Он сжимает мои ягодицы, легко поднимает вверх. И я оказываюсь на нём, прижимаясь бедрами к его.

— Пусти!

Прошу, но мужчина легко перехватывает мои ладони. Сжимает за спиной, удерживает одной ладонью. Так просто демонстрируют свою силу и мою беспомощность.

Мне бы разозлиться на себя за это, прикусить язык. Зачем было снова что-то доказывать?! Со сталкером это не сработает, только сильнее раззадорить. Вот только это не моя вина!

И злюсь я на мужчину, который делает то, что хочет он. Не слушает чужих желаний, не воспринимает их. Это ведь не моя вина, что он псих, который не понимает отказов.

— Ты не можешь! Я не хочу.

— Докажи.

— Что? О чём ты?

— Докажи, что не хочешь. Что не течешь, стоит мне тебя поцеловать. Вперёд, златовласка. Останься невозмутимой, и тогда мы поговорим.

— Невоз… Лютый!

Выкрикиваю его имя, когда мужчина расстёгивает мой плащ. Ведёт пальцами по животу, вызывая трепет внутри. Давит ладонью на затылок, утягивая в новый поцелуй.